«Помни Господа Иисуса Христа от семени Давидова, воскресшего из мертвых, по благовествованию моему, за которое я страдаю даже до уз как злодей, но для Слова Божия нет уз»
2 Тим. 2:8,9
Когда апостол Павел находился в темнице в Риме, он оттуда написал свое последнее послание церквам. Служение его церквам закончилось, и все бывшие в Асии отвернулись от него. Но у него еще имелось слово к человеку, оставшемуся верным ему, и он отправляет его с поручением передать слово, слышанное им при многих свидетелях, людям верным, которые были бы способны и других научить (2 Тим. 2:2). Даже во время общего охлаждения и отпадения церквей, человеку всегда остается возможность самому быть верным и пребывать в служении Богу.
В этом последнем слове престарелого узника кроется важная мысль, которую он убедительно просит Тимофея не забывать: «Помни Господа Иисуса Христа из семени Давидова, воскресшего из мертвых по благовествованию моему». Так что, при конце жизненного пути, Павел снова возвращается к основному факту Благовестия, которое он возвещал язычникам от начала (Рим. 1:1-4). Он как будто говорит: «Помни это, именно это, хотя бы и изгладилось из памяти твоей что-либо другое».
Затем он говорит слово утешения — слово вечно истинное. Неутомимый и неустрашимый провозвестник Евангелия, оставаясь до конца жизни в узах, смело провозглашает: что «для слова Божия нет уз».
История веков, протекшая с тех пор, вполне подтвердила справедливость этого великого изречения. Враги Слова Божия стремились всевозможными способами связать Его: запретами, заключениями в темницу, жестокими зверствами, и различными преследованиями церковной и светской власти, происками и ухищрениями, философиями и пустыми обманами, и ложно-научными опровержениями. Но все напрасно. Даже попытки связать Слово Божие разными богословскими ограничениями со стороны людей, сочувствующих Ему, оказались тщетными. Слово Божие остается по-прежнему «живо и действенно» (Евр. 4:12). Люди настолько же бессильны связать Его и воспрепятствовать Его действию, насколько они бессильны помешать или остановить падение дождя или снега на землю. «Как дождь и снег нисходит с неба и туда не возвращается, но напаяет землю и делает ее способной рождать и произращать, чтобы она давала семя тому, кто сеет, и хлеб тому, кто ест, — так и слово Мое, которое исходит из уст Моих, — оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его». (Ис. 55:10,11).
Ничто не исполняет своего служения так мягко, как дождевая капля и нежная пушинка снега; однако, как безплодны были бы попытки человека задержать их падение в определенном месте, или помешать им исполнить предназначенную им Господом миссию. «Так и слово Мое, которое исходит из уст Моих». Так же мягко и непреодолимо, как падающая снежинка.
Подобно тому, как Бог посылает снег и дождь, «так» посылает Он Слово Свое. Каждый из этих Божественных посланцев должен выполнить цель, предназначенную ему Вечным Разумом и Силою. Слово Евангелия, благовествуемое ко спасению грешников, теперь такое же, как и в первое время, когда Апостол Павел провозглашал Его среди язычников. Господь не перековывал Своего орудия и не создавал другого средства для достижения цели, которую имеет в виду. Усовершенствовать Евангелие невозможно. Бог ведь не нуждается в опытах, как человек, который совершенствуется на основании своих промахов, приобретая знание тяжелым, медленным путем ошибок и неудачных попыток. Человек — единственное существо, созданное Богом, способное «изобретать», и он принужден совершенствовать свое изобретение вследствие того, что он единственное создание, деятельность которого омрачена недостатками. Человека гордится «множеством» своих изобретений, но несовершенства последних лишь служат доказательством того, что он падшее существо, тщетно стремящееся к достижению совершенства, от которого отпал.
Малейшее изменение в Евангелии, которое апостол Павел называет: «Благовестие мое», было бы искажением и повреждением его. Евангелие, данное Богом для определенной Им цели, так же мало нуждается в исправлении или усовершенствовании, как не нуждается в этом капля падающего дождя или снежинка. Действительно, упразднение Евангелия, или замена Его чем-нибудь другим, было бы несравненно большим бедствием для человечества, чем бездождие или замена дождя каким-либо явлением другого рода. Ничто не может исполнить дело дождя, который дает «семя тому, кто сеет, и хлеб тому, кто ест». Ничто не может исполнит служение Евангелия, сообщающего о прощении грехов и возвещающего о даровании жизни грешным, погибшим людям. В Евангелии, и исключительно в Евангелии, кроется сила Божия ко спасению, и таковым оно является всякому верующему.
Пагуба «иного благовестия»
Сознавая всю важность исключительного служения проповедуемого им Евангелия, как единственного средства для спасения от гибели людей, апостол Павел был глубоко возмущен теми, кто дерзнул пытаться заменить Его «иным благовестием». Негодование, выраженное в словах его, звучит не как негодование обыкновенного человека. Это негодование Божие, заключающее в себе почти единственное проклятие в Новом Завете на того, кто — будь это апостол или даже ангел с неба, — возвещает «иное благовестие» (Гал. 1:8,9). Если мы вникнем в страшные, неисправимые последствия такой дерзости, мы поймем, что даже убийство, пресекающее настоящую мимолетную, неустойчивую жизнь, менее ужасно по своим последствиям, нежели проповедь ложного благовестия Божия. Поэтому Бог произносит грозное проклятие на всех и всякого, кто дерзает заменять Его Евангелие «иным благовестием».
В этом же месте (Гал. 1:11-12) мы встречаем пояснение выражению «Благовествованию Моему». В стихах 11, 12 мы читаем: «Возвещаю вам, братья, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое. Ибо я принял его и научился не от человека, но чрез откровение Иисуса Христа».
Евангелие было его специальной миссией, ибо он получил его не от человека и даже не от предшествовавших ему апостолов, но от Самого Господа Иисуса Христа. Для возвещения этого Благовестия Павел посвятил свое время и силы. Ничто не могло устрашить его и помешать ему с радостью совершать свое поприще и служение, принятое им «от Самого Господа Иисуса», которое заключалось в том, чтобы «проповедать евангелие благодати Божие й» (Деян. 20:24).
Что такое Евангелие?
Мне понятно, что многие не верят Евангелию. Для этого существует такое множество причин. Но непонятно, почему так много людей совершенно не знакомы с сутью. Евангелия. Предположим, что в солнечный воскресный день возможно было бы остановит толпу, выходящую из церкви, и спросить каждого из этих лиц поодиночке, в чем заключается Евангелие? Какое поразительное невежество обнаружилось бы! Как разнообразны были бы ответы, нами полученные!
Каждый верующий в Господа Иисуса Христа, должен бы иметь на устах простое определение данное апостолом Павлом тому, что он называл «Благовестие мое». Это можно найти в 1 Кор. 15:3,4: «Ибо я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию».
Вот, в сжатой, форме, суть Благовестия апостола Павла, которую так не трудно «помнить», Он верно «передал» то, что «принял» от Воскресшего Господа, а именно: факт и смысл Его смерти, погребения и воскресения; он объявлял, что это было исполнением определения Божьего с давних времен, ибо это было «по Писанию».
Нам самим, в настоящее время, очень важно помнить о воскресении Иисуса Христа из мертвых и напоминать об этом другим. Это основной факт веры, преподанной Святым. Распятие было фактом публичным. Оно не представляется материалом для веры. Иисус из Назарета был явно взят, пред всеми осужден и публично казнен на кресте, и мертвое тело Его было положено в могилу. Но Бог возвещает через Евангелие, что Он воскрес в третий день. Воскресение Иисуса Христа не было публично. Оп явился только «избранным свидетелям». Эта весть принимается верою в Слово Божие. В факте воскресения заключается весь вопрос о Личности и Служении Христа. Он был обвинен в богохульстве за то, что делал Себя равным Богу; «Властями века сего» (1 Кор. 2:8) был Он осужден на смерть. Но Высшее, Небесное Судилище иначе перерешило, этот приговор, и Евангелие возвещает, что Он не за Свои грехи пострадал и умер, ибо Он их не имел, — «но за грехи наши», и что Он не остался среди мертвых, «но воскрес». Это величайший факт, возвещаемый Евангелием. Отрицать его, значит согласиться с судом мира, произнесенным над Спасителем грешников. Следовательно, условие для того, чтобы получить спасение: «сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых» (Рим. 10:9).
Помимо воскресения Иисуса Христа нет Евангелия, нет «благой вести» для грешников. Без Его воскресения из мертвых не остается ни малейшего основания для какой бы то ни было надежды умирающим людям.
За последнее время люди более чем когда-либо отвергают факт воскресения, всячески ложно перетолковывают его, или же вовсе им пренебрегают. Не удивительно, поэтому, что апостол в своем последнем слове к Святым, будучи призван видеть «Праведного» в ослепительном блеске славы Его воскресения, и слышав «глаголы уст Его», так убедительно упрашивает избранных «Помнить Иисуса Христа от семени Давидова, воскресшего из мертвых». Не трудно запомнить это, и весьма необходимо для нас никогда не забывать, ибо это «Благовестие спасения нашего» — «Что Христос умер за грехи наши по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день по Писанию».