Свидетельство брата Кирилла Ящуковского
Дорогие братья и сёстры, всех сердечно приветствую. Меня зовут Кирилл Ящуковский, мне 31 год. Господь мне подарил семью, у нас четверо ребятишек. Мы уже чуть больше восьми лет, совсем ещё немного, проживаем в селе Новый Васюган, Томская область, совершаем там миссионерское служение. Ко мне подошли сегодня братья с такой просьбой: «Кирилл, прославь Бога свидетельством».
Я готовился и вспомнил текст Священного Писания, который когда‑то был выбран мной и моей ещё тогда невестой на пригласительной. Текст звучит так: 45‑й псалом, 8‑й стих — «Господь сил с нами». Я тогда ещё до конца не понимал, что этот текст в нашей жизни будет работать ежедневно.
И несмотря на то, что жизнь ещё недолго прожита, скажу, что я просто удивляюсь сегодня Божьей милости: насколько Он дорог, насколько Он мне, грешному человеку, позволяет купаться в Его благодати каждый день. И нам дано право 365 дней прожить, и Господь делает всё для того, чтобы свою славу и силу в наших будничных днях проявить. Это удивительно.
Я расскажу четыре примера из своей собственной жизни. Три первых примера будут связаны с нашей семьёй, а четвёртый — из служения нашего, которое мы совершаем на Севере. Восемь лет назад, в 2014 году, мы приехали в Новый Васюган.
Я помню то время: мы только из Церкви большой. Может быть, какого‑то полного понимания Бога не было. В такой хорошей Церкви, в тепличных условиях жили, и вдруг мы остались одни. И, наверное, как и все труженики, начинали жить непросто. Сначала в одном доме жили, потом перешли в другой дом, в котором сейчас живём.
Когда перешли, этот дом был настолько холодный, что в доме мы могли набрать максимум плюс 10–12 градусов. И у нас есть такие фотографии — 2014–2015 год: я сижу в женской шубе и в валенках, потому что дома очень холодно. Мы как‑то постарались искать какие‑то решения, несмотря на то, что батарея на максимуме в работе. Просто дом насквозь продувался. Ну, вот так жили, так начинали.
Однажды, это было 23 декабря, мы занимались своими домашними делами, и жена говорит: «Знаешь, я так мясо хочу». Мы уже тогда ожидали ребёнка. Я как бы даже просто на автомате сказал: «Да попроси у Бога — неужели у Бога для нас мяса нет?»
На следующий день выхожу на крыльцо чистить снег, оборачиваюсь к двери — на двери висит котомка. Обычная бабушкина котомка чёрного цвета. В ней — 2 килограмма мяса на кости, 2 килограмма фарша, 32 яйца, коробочка «Рафаэлло» 130 грамм, две кружечки с сердечками, которые до сих пор у нас стоят в серванте, подписанные «от ангелов», и трактат с Рождеством Христовым — внимание, 1968‑го года выпуска.
Я как сейчас помню, как я эту котомку в руки брал. Это трепет — то чувство, когда ты просто не можешь удержать эмоции: тебя Бог посетил. Вот такие были чудеса при начале.
Следующее чудо. У нас произошёл пожар. Меня не было дома. Сегодня имеем убеждённость, что нас подожгли, и знаем, какие причины. Произошёл пожар — уже где‑то две недели прошло. Сгорело всё: надворные постройки, закупленный материал на ремонт дома, чтобы делать ремонт внутри, окна выгорели от большой температуры. Мы плёнкой всё затянули, чтобы дождаться весны, и живём.
Уехали на братское общение в город Нижневартовск. И мне звонит с нашей деревни бывший мой работодатель: «Слушай, у тебя два моих кустореза». Постараюсь объяснить — это важно. Что такое кусторез? Кусторез — это большая пила, дорогая, стоимость которой, я не знаю, может быть, сейчас 80000, может, чуть больше. Она используется для того, чтобы деревья под линией электропередачи высокие и толстые выкашивать, размером 10–12 см. То есть это дорогое оборудование. Так как он иногда выпивал, он попросил: «Забери к себе, чтобы сохранить». И тут я понимаю, что эти два кустореза находятся на территории пожара. Я думаю: «Господи, неужели это так? Неужели, помимо того, что сейчас произошёл пожар и я без ничего остался, я ещё и должен буду?»
Мы приехали с братского общения с двоюродным братом Мишей. Я, как сейчас помню, надел валенки и хожу по этому пепелищу туда‑сюда. У меня какие‑то думы, переживания: «Господи, почему вообще так? У нас горел керосин, заготовили полторы тонны. У меня теперь ни молотка, ни плоскогубцев — всё сгорело, ничего нет вообще. Просто жизнь надо начинать с нуля».
И мне приходит мысль — голос, который каждый из нас знает. Это голос Бога, он особенный, он всем по‑разному говорит. Мне приходит мысль: «Вот возьми ломик и долби вот в этом месте». Я своему брату говорю: «Слушай, меня мысль пришла — здесь надо лёд выдалбливать». А там сантиметров сорок, потому что лили‑лили, пока тушили. Я взял ломик, начинаю долбить. Он говорит: «Ты уверен?» Я говорю: «Да». Он пошёл, тоже какой‑то металлический предмет нашёл, и мы вместе выдалбливаем.
Сантиметров двадцать углубились, и он говорит: «Может, прекратим?» Я говорю: «Нет, надо дальше». Мы выдалбливаем и доходим до гипсокартона. Гипсокартон там лежит. А у нас было закуплено 13 листов. Отдолбили его. Я говорю: «Давай его теперь будем поднимать». Листы слипшиеся от воды. Один лист, второй, третий, четвёртый. Он говорит: «Может, хватит?» Я говорю: «Нет, нужно до конца посмотреть». Шестой, седьмой, восьмой, девятый, десятый, одиннадцатый. Он говорит: «Ты издеваешься?» Я говорю: «Нет». Двенадцатый, тринадцатый поднимаем. А там два кустореза — совершенно нетронутые стоят. Я нажимаю кнопку одного, дёргаю стартер — и он завелся. Во время пожара гипсокартон стоял возле стенки, а кусторезы лежали внизу. Стенка упала, а гипсокартон закрыл собой эти два кустореза. И они остались невредимыми, несмотря на то что на всю нашу территорию заезжало больше десяти пожарных машин.
У меня мысль: «Господи, Ты моё всё забрал по воле Своей, а то, что мне не принадлежало, — оставил».
Третье чудо. Это было недавно. У нас с некоторого времени вообще закрыли медпункт. Но он существует как таковой — чтобы связаться в случае чего, чтобы можно было заказать санрейс. У нас старшая дочь, зовут Эльза. Она у нас заболела, и заболела серьёзно.
Я прихожу домой с работы, жена говорит: «Кирилл, у Эльзы температура». Я говорю: «Давай померим». Ставлю градусник — 41 градус. Она пылает, просто горит. Я звоню в скорую помощь: «У меня ребёнок, у него 41 градус температуры». С той стороны отвечают: «Извините, мы вам ничем не можем помочь, сегодня непогода». Что делать в этот самый момент? Вся опора, последняя опора — вертолёт. Теперь уже её нет.
Я взял Священное Писание, собрал семью свою вокруг Библии. Открываю 53‑ю главу Исайи. Там написан такой текст: «Он взял на себя наши немощи и наши болезни». Потом перелистываю Новый Завет. Пятая глава Иакова говорит о чём? «Болен ли кто из вас? Пусть призовет пресвитеров и пусть помолятся, и молитва веры исцелит болящегося». А потом дальше что написано? «Илия был человек подобен нам: три раза помолился — и не было дождя, а потом помолился и пошёл дождь».
У меня вопрос: на чём была основана вера Илии? Почему это нам сегодня поставлено в пример? Есть ответ. Третье Царство, по‑моему, 18‑я глава: «И сказал Бог Илии: помолишься — и не будет дождя; помолишься — и будет». В основании веры Илии лежало слово Божие. Любое чудо начинается сначала со слова Божия, потом — вера человека, а потом — чудо.
Я говорю: «У нас есть слово: Он взял на Себя наши немощи и наши болезни. И на основании этого слова мы сегодня будем молиться, чтобы Господь дал исцеление моей дочери и вашей сестрёнке». Мы помолились. Я взял её на ручки, помолился и положил в комнату, а сам в другую комнату ушёл, потому что я не могу — внутренне просто не вывожу.
Стою возле двери — заходить, не заходить. Интересно: чудо там совершается или нет? А потом слышу — она по‑другому задышала. Выхожу — одеяло мокрое, всё. Температура спадает. Господь сил с нами.
Последний пример, кратко, — из нашего служения. Мы совершаем служение в Ханты‑Мансийском округе. Есть дальние посёлки, до которых мы можем добраться только на снегоходах. В один очередной раз мы приехали, ходим по посёлку, раздаём газеты и зашли в один дом к старосте — пожилому человеку.
Его все знают не только как старосту, но и как чемпиона России по гребле на байдарках. Мы к нему зашли, разговорились, а он лежит и не может встать. Говорит: «Помогите мне». Я спрашиваю: «А чем вам помочь? Может быть, вас поднять как‑то?» Он отвечает: «Нет, помогите мне».
Я снова спрашиваю: «Чем вам помочь?» Он повторяет: «Помогите мне». Я в третий раз уточняю: «Чем помочь?» Он говорит: «Сядьте, мне надо с вами поговорить».
И вот он рассказывает. Он — человек, связанный с оккультизмом, и связан очень серьёзно. У людей, обладающих определёнными дарами со стороны нечистой силы, есть определённые правила, которые они не могут нарушать.
Обстоятельства были такие. За три недели до этого в этом селе мы знали этих людей. Они, пьяные, сели на снегоход и стали переезжать через реку Вах. Погиб ребёнок и трое взрослых. Приехали спасатели, ищут неделю, вторую, третью — не могут найти: снег прошёл, всё перепорошило, нет возможности отыскать.
Ситуация достигает апогея, и представитель МЧС приходит к этому человеку: «Только вы нам можете помочь».
Тот отвечает: «Это мои родственники, я не имею права — если я это сделаю, меня накажут». Ситуация тупиковая. Он всё‑таки едет на место и говорит: «Здесь, здесь и здесь». Ровно через пять минут всех нашли.
Он продолжает: «Я вот как сел там — и больше так и не смог встать. Меня привезли, положили, я три недели лежу». И он смотрит на нас прямо в глаза: «Помогите мне».
Я стою — у меня холод по спине. Я соприкасаюсь с нечистой силой, а сам понимаю, что я человек грешный. Мы просто встали, и я говорю: «Господи, человек в помощи Твоей нуждается. Помоги во имя Иисуса Христа, во имя пролитой крови. Окажи милость, аминь!» — и всё, больше мы ничего не можем дать. И ушли.
На следующий день, зная, где мы остановились, приходит его родная сестра и говорит: «Егор‑то встал. Он сегодня снег пошёл чистить». Три недели человек лежал.
Она добавляет: «А вы можете помолиться, чтобы мне квартиру дали? Потому что мой брат сказал: Друзья, внимание: «Тот, Кто в вас, гораздо сильнее, чем тот, кто во мне живёт».
Мы говорим: «Давайте помолимся». Я молюсь: «Господи, вот Вера Ивановна пришла, ей квартиру надо. Усмотри по милости Твоей. Аминь». На этом наша молитва закончилась, и она ушла.
Это была зима. Летом мы подходим на катере к этому посёлку. Кто нас первый встречал? Егор Иванович со своей байдаркой и Вера Ивановна — потому что она квартиру получила.
Всё, что я рассказываю, — это не наши заслуги. Это милость Божия, проявляющаяся в нашей жизни. И когда мы этим соприкасаемся, я трепещу и думаю: «Господи, Ты действительно сильный». За это — слава Ему! Аминь!