Дивное спасение
Предисловие из 2026 года (далее по тексту жирным примечания палеографа): История из 1894 года имеет православный уклон, но тем ни менее воздадим славу Богу, зная, что именно Он явил милость для этой семьи. И притом мы доподлинно знаем в Кого верим и Кому нужно служить и воздавать славу. Так и ангел сказал, когда брат наш Иоанн возжелал ему поклониться:
9 И сказал мне Ангел: напиши: блаженны званые на брачную вечерю Агнца. И сказал мне: сии суть истинные слова Божии.
10 Я пал к ногам его, чтобы поклониться ему; но он сказал мне: смотри, не делай сего; я — сослужитель тебе и братьям твоим, имеющим свидетельство Иисусово; Богу поклонись; ибо свидетельство Иисусово есть дух пророчества.
Откровение, 19 глава — Библия — Синодальный перевод: https://bible.by/syn/66/19/#10
Дивное спасение. В половине июля 1894 г., пишет в «Русском Паломнике» за текущий год один священник, мне случилось ехать по Черному морю из Севастополя в Константинополь на пароходе «Коцебу», на том самом злосчастном «Коцебу», который впоследствии потерпел неприятное столкновение (16 апреля 1895 года потерпел крушение у мыса Тарханкут на западе Крымского полуострова после столкновения с транспортом Черноморского флота «Пендераклия» Столкновение произошло в 00:50. «Пендераклия» нанесла сильный удар в носовую часть «Коцебу», сама получив при этом серьёзные пробоины. Командир военного парохода, капитан 2-го ранга Уклонский, принял все меры, чтобы спасти экипаж «Коцебу». Вся команда, за исключением трёх матросов и двух пассажиров, была спасена. Сам капитан «Коцебу» в момент столкновения, по рассказам матросов, спал в своей каюте. На вахте стоял помощник капитана). Здесь я познакомился с капитаном парохода. Он был замечательно любезный и сообщительный человек. Федор Алексеевич (так звали капитана) передал мне, что прежде всего следует посмотреть в Константинополе, и, конечно, первое место отвел знаменитой Софии. Любуясь морем, я очень доволен был своей поездкой, и с нетерпением ожидал, когда начнется качка, о которой так много приходилось читать и слышать. Но на этот раз особенно было тихо, так что я потерял надежду составить себе понятие о качке по собственному опыту.
Тут же на палубе, недалеко от меня и моего собеседника, сидели два господина, прилично одетые, из которых один был уже пожилых лет, а другой совсем еще молодой, ему кажется не было и 30 лет. Последний оказался врачом. Они вели между собой оживленный разговор, который скоро перешел в прение.
Мы с капитаном невольно стали прислушиваться к их спору. Оказалось, предметом их бурной беседы служила религия и разные проявления. Пожилой человек рассказывал своему собеседнику, случай о том, как однажды явилась ему покойная мать. Этим рассказом и другими доводами он очевидно хотел убедить собеседника своего, что за гробом существует другая жизнь - вечная. Но тот твердил свое, что все это выдумки людей, одна казуистика, а что касается случаев явления из загробного мира, то это ни более, ни менее, как плоды больного воображения, или галлюцинации. Скоро мне надоело слушать молодого медика, и я с капитаном перешел на другую сторону палубы. Капитан, к величайшему моему удивлению, вдруг сделался серьезен и задумчив.
- Что это вы, Федор Алексеевич, призадумались? - поинтересовался я.
- Я вспомнил свою прежнюю жизнь, как бы пробуждаясь от сна, - сказал он, - жизнь полную неверия и кощунства над всем святым. Мои воззрения по религии были, кажется, еще ниже воззрений этого медика, которого мы сейчас слушали. Удивляюсь, как только милосердный Бог не наказал меня за мое страшное неверие и кощунство. Моим насмешкам над всем тем, перед чем другие благоговели, не было пределов. Однажды, например, случилась на море страшная буря. Огромные водяные горы с шумом ударялись о пароход, который, как щепка, носился по страшным волнам. Все пассажиры были в отчаянии, с минуты на минуту ожидая своей гибели. Каждый из них, сообразно с своими религиозными верованиями, молился Богу; у кого-то из православных оказался даже образ св. Николая Чудотворца, пред которым собралось несколько человек молящихся. Все они плакали, прося угодника подать руку помощи в такой роковой час. Но я и тут показал свое грубое неверие; смеясь в душе над молящимися, я думал: «посмотрим, как придет к ним Николай Чудотворец!» Скоро буря утихла, и пассажиры оправились от испуга. Конечно, многие, вероятно, из молившихся благодарили Господа и Его угодника за избавления от крушения, но я ничего особенного не видел в том, что мы благополучно прибыли в Константинополь.
Часто жена моя, женщина глубоко верующая, со слезами на глазах обращалась ко мне с просьбою оставить вольнодумство, но ни задушевные слова её, ни упреки не действовали на меня. Но, знать, услышал, наконец, Господь усердную молитву моей жены, и небесное Провидение не оставило меня, грешного, без своего попечения, а, как блудного сына, направило меня на путь истины. Вот что было причиною моего духовного перерождения.
Однажды я был совершенно свободен от службы и оставался дома. Это было в июле 1883 г. Не помню, о чем я тогда разговаривал с женою; только ни я, ни жена не заметили, как сын наш Женя, мальчик 5 лет, взлез на подоконник открытого окна и начал чем-то забавляться. Няня его, очевидно, отлучилась от него на минуту. Вдруг, во время нашего разговора, раздался крик старшей моей дочери: «Женя упал!». Мы бросились из столовой в зал, и затем, не помня себя, я выскочил на улицу. Женя ничком лежал на панели. Я схватил его на руки, не зная, живого или мёртвого поднял его. Побежали за доктором, который немедленно явился к нам. С минуту он колебался: к кому скорее приступить - к мальчику, или к жене моей, которая лишилась чувств. Когда он осмотрел Женю, то, к величайшей нашей радости, объявил, что он не нашел не только перелома в костях, но даже никакого повреждения. Между тем сын мой упал с высоты 48 футов (14 метров), прямо на каменную панель.
Все мы были поражены, что сын наш остался жив, и даже ничего не зашиб себе; он уже улыбался и по-прежнему бегал. Не менее нас удивился поразительному случаю и приглашенный врач. Не доверяя тому, что было пред глазами, жена спросила ребенка:
- Женечка, отчего ты не плачешь? Разве тебе не больно, мой милый?
- Нет, мама, мне не больно.
- Почему же, Женечка, тебе не больно? - недоумевая, спросила мать.
- А около меня был Боженька, - отвечал ребенок.
Мы тотчас же спросили, не укажет ли он, какой Боженька был около него, когда он падал и мать поднесла его к образам. Примечание из 2026 года: И вот здесь ребенка смутили! Он правильно сказал, что Господь его спас, Бог его спас. А взрослые полезли к нему со своими идольскими образами. Почему евреи не делали в свое время образа своих пророков? Неужели не догадались так поступить? А что, сделали бы и те бы им помогали и за них молились Иегове! И спасали бы их...
А этот ребенок указал на образ Пантелеймона. Вот так друзья, смутили мальца его родители. Ну, а дальше церемониал, а как же без него. Но есть мнение вот как они верили, так Господь с ними и поступит. Немедленно приглашен был Священник в дом для совершения молебна Пантелеймону (качаю головой в знак недоумения). Нечего говорить о том, как я и моя жена молились Богу (вот это истинное поклонение и правильное), благодаря его за чудо милости, но и прислуга, участвуя в молебне, обнаруживала благоговейное чувство. Даже доктор, еврей, и тот, признавая в дивном спасении нашего ребенка чудо Божие, стоял все время на молебне с выражением в лице благоговения.
Во время молебна я плакал от радости, и пред моими глазами открылся новый мир, дивный, чудный мир, отвергнутый мной: я уверовал в Бога и в Его Промысл.
Но какова была радость жены моей, когда она узнала мое намерение перейти в православную веру! Она от чистого сердца благодарила Господа Бога за спасение своего любимого ребенка и за то, что Он избавил меня от вечной гибели.
В первый воскресный день после этого, тем же Священником совершено мое присоединение из лютеранства в православие.
Этим и закончил свой рассказ почтенный Федор Алексеевич (Наст. и утеш. Св. Вер. Христ.).