Она выбрала грех
Июнь 2015 года. Серый двор коробочных пятиэтажек-хрущёвок. Где‑то на севере России, где весна нехотя уступает место короткому лету, а земля всё равно остаётся мёрзлой и унылой. Двор грязный — мусор, окурки, растоптанные пробки. Кое-где ещё лежит снег: не белый уже, а бурый, как старая вата.
Я ехал на работу, неспешно продвигаясь на автомобиле по разбитым дворовым дорогам.
Здесь же во дворе, в нескольких метрах от моего подъезда, на середине большой лужи, я заметил кучу тряпья. Черная, бесформенная груда в грязной воде. Мало ли, что выбросили. Может ветер раскидал с мусорки что-то. Я попытался объехать эту лужу, и вдруг, краем глаза заметил, что куча эта шевелится.
Остановился и присмотрелся. А там — женщина.
Она лежала в луже посреди дороги и по всему было видно, что пыталась подняться. Грязная, волосы спутаны, мокрые. Может кто-то и проходил мимо, но все только шарахались от такого зрелища.
Я был в костюме: рубашка, брюки, пиджак, туфли. Но как к ней подойти? В костюме — в лужу?
Вышел из машины, подошел ближе не взирая на то, что ботинками уже встал в воду. Хорошо, что там было не глубоко. Я наклонился и спросил:
— Женщина, вы живы? Вам плохо? Вам помочь?
Она подняла голову. Взгляд — мутный, говорит еле слышно, но разборчиво:
— Не могу встать… Помогите…
Я вижу, что мешает ей встать какой то пакет в руке. Я подумал, что в нем продукты или вещи.
Женщина была пьяна.
— Да бросьте вы пакет, — говорю. — Что там такое?
Она испугалась, сжала пакет ещё сильнее, замотала головой:
— Нет-нет-нет…
Баклажка. Пластиковая бутылка, литра на два. Пиво! Она несла его домой, как величайшую ценность. Несла — и не донесла.
— Да вы что? — говорю. — Бросьте вы этот пакет. Ну его.
Молчит. Не бросает.
Я почувствовал горечь. Не от жалости даже — от какой-то беспомощности.
— Не хотите свой грех бросить? — спросил я тихо.
Она не ответила.
Делать нечего. Я схватил её вместе с этим пакетом и вытянул из лужи. Поставил на ноги. Она шатается, но стоит. Пакет не выпускает.
Подвёл её к подъезду и говорю ей:
- Вот так и все люди, в грязи, в мутной жиже греховного и порочного общества, из которого по совести пытаются вылезти, но грех бросить свой или отказаться от него не имеют сил. А силы даст только Иисус Христос! Вы слышали про Него?
Она пожала плечами и... принялась ругать жизнь, свою судьбу... делала это бессвязно и злобно. Ну как вести диалог в таком случае?
Посмотрел я на себя: ботинки — грязные, брюки такие же...
Оставил её там, у лестниц и поехал. На работу опоздал.