Смерть праведника - свидетельство М.А. Горянина о кончине Г.К. Крючкова
Братья и сёстры, я прочитаю текст Священного Писания. Записанное в Послании к Евреям, тринадцатая глава, седьмой стих:
«Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере».
Братья и сестры, один из наших очень сильных и ярких показателей — это наша смерть. Старость — это копилка. В старости мы накапливаем то, что собрали в жизни. Бывает, эта копилка хорошая, бывает — ужасная. Кто в молодости был экономным, в старости становится жадным. И ужасно бывает с жадным. И для детей, для внуков жалеет. И кто знает, чего только не встретишь. И еще самый яркий показатель — это смерть.
Вот Священное Писание учит нас подражать наставникам нашим, которые нас наставляли. Знаете, только когда? Когда мы увидим их смерть. Геннадий Константинович — это наш старший брат, служитель, председатель Совета церквей. Бессменный председатель Совета церквей, 46 лет. Это о чём-то говорит.
Это человек, наверное, множество всевозможных нападок и клеветы перенёс, и в нашей стране, и в вашей стране. Геннадий Константинович жил свято, мужественно, красиво и умер красиво, умер смертью праведников. По-другому не скажешь. 15 июля, в воскресный день, в 7 часов утра, он уже почитал Слово Божие, сел в кресло и попросил, чтобы дочь принесла чаю. Дочь пошла за чаем, а он склонил голову. И так, в кресле сидя, отошёл. Можно сказать, на посту. Даже не лёжа, братья и сестры, даже не лёжа.
Поэтому Библия говорит: «Взирая на кончину их жизни, подражайте вере их». Христос, когда говорил Петру о том, что проверял его, испытывал: «Любишь ли ты Меня?» — помните, трижды спросил. А потом сказал: «Придут дни, когда прострут руки на тебя, и поведут туда, куда не хочешь». Говоря это, Он указывал, какой смертью Пётр прославит Господа. Братья и сестры, надо жить так, чтобы жизнью прославить Господа и смертью тоже прославить Господа.
Самый большой дом у нас в стране, Дом съездов, где проходят собрания, — Тульский молитвенный дом. Он не вместит всех желающих. Даже некоторым братья пытались сообщить, чтобы они не приезжали, потому что негде будет ни стоять, ни разместиться, ни спать. Даже Тульская церковь не сможет всех вместить. Однако же на похороны собралось примерно от пяти до семи тысяч человек. То есть это тоже показатель того, как народ Божий относился к своему старшему брату. Это показатель любви, показатель уважения, почтения.
Наши братья Николай Степанович и Геннадий Ефремович уже во вторник выехали в Тулу для того, чтобы совершать подготовку к похоронам. Они обратились к администрации города с просьбой перекрыть перекрёсток, на котором стоит молитвенный дом в Туле, чтобы совершить служение под открытым небом, потому что, как они говорили, человек с мировым именем, старший брат-служитель, епископ или архиепископ, как хотите, понимаете, но народу приедет очень много. Поэтому помещение мы не сможем использовать, и просим перекрыть перекрёсток, чтобы использовать его и приусадебный участок молитвенного дома, крыльцо, откуда мы будем совершать служение. Администрация отнеслась… то есть не отреагировала правильно, ничего не предприняла и даже ничего не пообещала.
Тогда пришлось отправить телеграмму Президенту Путину и мэру города Тулы. Реакция была положительной. Пришли два майора, спросили, что мы хотим. Им пояснили: так и так, в такое время. Просили с десяти до двух часов дня. Но улицы были перекрыты уже с шести часов утра. Народ стекался с шести часов утра, и гостиница почти полностью была заполнена в ночь перед служением. Мы приехали туда в пятницу вечером. Утром я встал в половине шестого — народ уже стекался к молитвенному дому. Ещё только начало светать, а люди уже подходили.
Всего около двадцати братьев участвовало в заупокойном служении от Совета церквей. Сначала служили самые старшие, такие как Иван Яковлевич Антонов, Николай Абрамович Крекер, Василий Феодосьевич Рыжук, Михаил Иванович Хорев. То есть у нас много пожилых братьев в Совете церквей. Слово говорили примерно по 5–10 минут. Проповеди были, читались стихи, написанные уже по случаю смерти Геннадия Константиновича. В начале был прочитан некролог.
Наташа, дочь Геннадия Константиновича, также говорила свидетельство о том, как они жили. Очень трогательным было её слово. Она сказала: «Мы даже немного завидовали детям, у которых отцы были в тюрьмах, потому что они знали, когда будет свидание, и готовились. А мы за 20 лет… Большинство детей виделись с отцом за это время один, два, от силы три раза за 20 лет, когда он находился на конспиративной работе». Он три года пробыл в тюрьме, в лагерях, а потом, после этого, 20 лет, находясь на конспирации, совершал руководство Советом церквей из места, где Бог его хранил. Она говорит: «Для нас было очень тяжёлое время, когда мы отца не видели много лет подряд. Редко с отцом встречалась и мама».
На кладбище ещё двое или трое братьев участвовали в проповеди. Потом совершили погребение рядом с могилой Лидии Васильевны, которая на четыре месяца раньше ушла в вечность — это жена Геннадия Константиновича. Скромная оградка, две могилки были заложены венками. Метра, наверное, два с половиной — полностью эта оградка, где могила жены и его могила, была заложена венками. Кто-то говорил, что было около 150 венков. Всё прошло чинно, без каких-либо заминок, всё шло очень хорошо. Так что все остались довольны, и родственники тоже.
На кладбище было объявлено: кто желает подкрепиться, — пожалуйте в дом молитвы, там в подвале находится столовая, большое подвальное помещение под молитвенным домом. Наверное, подобно тому, как ваша столовая под молитвенным домом. И в соседней гостинице тоже кормили народ. Многие приехали с тем, чтобы подкрепиться.
Было объявлено на похоронах, что руководство Советом церквей теперь будет совершаться коллегиально узким кругом Совета церквей. Узкий круг — это пять братьев, которые обычно планируют совещания. В октябре должно состояться совещание Совета церквей, там будет стоять вопрос руководства, а потом, наверное, утверждение на съезде.
Вот так, братья и сестры.
У Геннадия Константиновича девять детей — шестеро сыновей и три дочери. Одна дочь уже в вечности, две — члены церкви. Из сыновей кто-то член церкви, кто-то приближённый, кто-то ещё нет. Я их мало знаю, поэтому некоторых увидел впервые на похоронах. Но как свидетельствую, все были достойны.
Июль, 2007 год.
