Воспоминания о моём детстве: Пасха в России. Варвара Фетлер
Эпилог из книги «Штундист в сибирской ссылке и другие стихотворения»
Автор Уильям (Вильгельм) Фетлер («Василий Малов»)
С прологом Гавриила Державина и эпилогом Барбары Фетлер
С девятью иллюстрациями
Издательство Morgan & Scott Ltd. (Офис «The Christian») 12, Paternoster Buildings, Лондон, E.G. 4, Англия Русское миссионерское общество Лондон, Англия; Чикаго, США College Buildings, Temple St., S.E. 11; 1844 W. Monroe St.
Когда начинают дуть весенние ветры и на деревьях набухают почки, когда вся природа словно поёт песнь воскресения, моё воображение переполняют воспоминания о раннем детстве. Я не могу им противиться и вновь оказываюсь в большом загородном доме, где провела первые двенадцать лет своей жизни. Приближается Пасха! Нет события важнее во всём году. Поистине это праздник из праздников! Русский народ, за очень редким исключением, готовится встретить этот великий день сорокадневным частичным постом, исповеданием грехов перед священником и принятием Святого Причастия. Всё это строго соблюдалось в нашем доме.
Какая радость была — встретить первый день Великого поста в нашем доме! Мы, дети, просто обожали это. Отсутствие мяса, масла и молока во время трапез, особые постные блюда, чисто вымытые, выскобленные полы, сама атмосфера — всё это превращало наш дом в совершенно новый мир. Каждый ребёнок по очереди читал вечером примерно по три главы Евангелия, пока мама отдыхала на диване, а остальные дети собирались вокруг.
У мамы была несбывшаяся мечта — мечта всей её жизни: однажды пройти пешком вместе с группой паломников в ту чудесную землю, Палестину, и поклониться святым местам — местам рождения Иисуса, Его детства, распятия, воскресения и вознесения. Она без конца рассказывала нам истории, связанные с этим. Помню, как много раз я сидела в полумраке у окна и смотрела, как облака стремительно несутся по ветру в одном направлении, словно торопятся куда‑то успеть вовремя. Я думала: «Куда же летят эти облака? Может быть, они летят в ту сказочную Палестину?» Ещё мгновение — и я сама летела вместе с облаками — далеко‑далеко, над сушей и морем, ощущая лёгкие свежие весенние бризы.
Воображение разгоралось всё сильнее, и вот я уже видела реку Иордан, похожую на широкую голубую ленту, и массивные группы деревьев в Гефсиманском саду. Я задерживала дыхание, боясь разрушить свои грёзы, пока голос мамы, зовущей меня на ужин, не пробуждал меня от мечтаний…
Суббота перед Вербным воскресеньем называется Лазаревой субботой — в память о воскрешении Лазаря из мёртвых. Накануне этого дня мы ходили на луг, где росла старая ива, и срывали с неё нежные распускающиеся веточки, чтобы на следующее утро встретить Господа в храме. Какое это было наслаждение — идти в темноте с маленьким фонариком к тому старому дереву!
В Страстную пятницу ближе к вечеру совершается великое церковное действо — открытие Гроба Господня. Страдания Христа завершаются, и Он испускает Дух: завеса, отделяющая Святое место от Святая святых, где стоит священник у открытого гроба, разрывается надвое. Большую икону, изображающую тело Иисуса, выносят из Святая святых, и начинается погребальное шествие с церковными хоругвями, иконами, фонарями и горящими факелами. Все присоединяются к пению особой погребальной песни об Иосифе Аримафейском, который снял тело Иисуса с креста. Эту песню поют только раз в году, именно в этот день, и мелодия её прекрасна. Я знала людей, которые не могли слушать её без слёз. Затем икону вносят в церковь и кладут во гроб, окружённый розами и белыми лилиями, которые наполняют всё место изысканным ароматом. В церкви больше не совершают служб и не поют песнопений. Люди молча поклоняются Гробу Господню.
«Дети, сегодня будьте тихими, — говорит дома мама, — Господь во гробе». «Как можно осмелиться говорить, если Он пребывает в тишине?» — так выразился кто‑то в те дни.
Я читала в своей книжке с рассказами проповедь одного из великих святых в Страстную пятницу, которая очень соответствовала нашим чувствам в тот день. Он вышел к народу и сказал: «Братья, что мне сказать? Господь наш и Спаситель наш во гробе! Давайте плакать и молиться!»
В Великую субботу мама обычно вставала до рассвета, с первым ударом церковного колокола. Я старалась проснуться в то же время и пойти с ней задолго до завтрака в церковь, неся цветы для Гроба Господня. Я всегда думала о Марии Магдалине и других святых жёнах, которые пришли «рано, когда ещё было темно, ко гробу», неся ароматы. Какое счастье было подражать им!
После короткого посещения церкви все принимались за дела. Нужно было привести комнаты в идеальный порядок, покрасить множество яиц и накрыть пасхальный стол всевозможными особыми пасхальными угощениями.
К полудню всё было готово — обычно к этому времени приходил священник с дьяконом, чтобы освятить пасхальный стол. Каждый член семьи благоговейно целовал его руку, и я помню, что всегда делала это с трепетом. Я воспринимала его не как обычного человека, а как человека удивительного, почти столь же святого, как Сам Христос, — а как могло быть иначе, если он был посредником между нами и Богом?
После ухода священника всем детям нужно было лечь спать, если они хотели пойти на полунощную пасхальную службу, — а пойти хотели все; даже самых маленьких несли с собой, потому что дома с ними некому было остаться.
Мы должны были быть в церкви до полуночи. Уже издалека было видно, как она вся сияет яркими огнями — от колокольни до самого основания. Внутри церковь было не узнать. Чёрные траурные облачения священника сменились золотыми ризами, и весь облик церкви стал светлым и сияющим.
Пасхальное шествие начинается строго в полночь. «Христос воскрес!» — возглашает священник. «Воистину воскрес!» — отвечают все люди.
Шествие трижды обходит вокруг церкви и входит внутрь. Гроб Господень уносят в Святая святых до следующего года. Хор поёт торжественные пасхальные гимны. После этого служба длится недолго. Мы идём домой и устраиваем пасхальный завтрак — самый ранний завтрак в году, задолго до восхода солнца. Потом мы ложимся спать и встаём примерно в десять часов утра в воскресенье.
Вот и наступает долгожданный первый день пасхальной недели. Дети играют с крашеными яйцами, и время летит быстро. В пасхальный понедельник начинаются «визиты»: люди ходят друг к другу, поздравляя с великим праздником. Вместо обычных слов приветствия они говорят: «Христос воскрес!», а в ответ слышат: «Воистину воскрес!»
Затем понемногу, уже со второго дня, в сердце медленно, но верно закрадывается разочарование. Мы так долго ждали, так многого ожидали, а теперь… Эти несколько опьянённые «посетители» и бесконечные застолья, обычные разговоры и удовольствие от жизни в заурядной, прозаической, материалистической манере — через хорошую еду, питьё и приятное времяпрепровождение… О! Как всё это лишает наш прекрасный пасхальный праздник его таинственного очарования, и сердце чувствует себя таким печальным, неудовлетворённым и пустым!
Но год проходит. Снова приходит весна, и вся природа полна ожидания грядущего воскресения. Наступает первый день Великого поста. Церковные колокола вновь звонят медленно и торжественно, призывая людей к богослужению, размышлению и покаянию, чтобы они могли достойно встретить великий день Пасхи. Снова сердца русских людей полны ожидания чего‑то чудесного. Они стекаются в церкви и слушают плачущие, монотонные напевы священных гимнов. Они постятся и молятся, зная, что всё это завершится великим и славным Днём Воскресения.
И позвольте мне сказать, что это ожидание не напрасно. Мы чувствуем, как после столетий жестокой, умерщвляющей (духовной) зимы начинают дуть свежие весенние ветры. Женщина, спасённая от самоубийства благодаря проповеди Евангелия в Черновцах; пятьдесят душ, обращённых за три собрания в Минской губернии; трое красногвардейцев, поющих в хоре у другого миссионера в Волынской губернии! Разве это не первые ласточки наступающей весны? И не только это. Приходят вести, что в некоторых местах целые деревни обращаются ко Христу. Лёд тает под Божественным дыханием. Воскресение! Воскресение! Радостный день Пасхи! О, давайте пойдём и скажем русскому народу, что воскресение Христа означает наше воскресение к чудесной новой жизни, ибо «Он умер за всех, чтобы живущие уже не для себя жили, но для Того, Кто ради них умер и воскрес!»
Перевод с английского, 13.07.2026 год