Настоящий источник скверны.
Мы с вами в прошлый раз начали изучать седьмую главу Евангелия от Марка. Напомню: это было очередное столкновение Иисуса Христа с фарисеями и книжниками. Написано, что они пришли из Иерусалима. Это произошло сразу после того, как Христос совершил чудо над хлебами. Эти два события очень связаны между собой. Чудо получило сильный резонанс. Евангелие от Иоанна добавляет, что люди после того, как Он их накормил, хотели сделать Его царём. Однако Он удалился. Им понравилось, но Он удалился. И вот приходят книжники и фарисеи, пытаются Его дискредитировать, найти в Нём что-то. В чём ещё найти претензию, как не в законе Господнем? Когда-то эту фразу сказали ещё в Ветхом Завете.
В прошлый раз мы говорили, что столкнулись, по сути, две системы. Книжники и фарисеи — это религия традиций, религия обрядов, очень угрожающее явление современной церкви, когда жизни нет, отношений со Христом нет, но есть форма, которую они усвоили, к которой привыкли, которую сохраняли, за которую боролись. И Христос со Своей жизнью, со Своим светом, со Своей любовью к ним пришёл. Получилось такое столкновение. Иисус обличает. Запись есть, и мы в прошлый раз отмечали четыре момента. Он говорит, что проблема религии преданий в том, что она приравнивает человеческое к Божьему. Это очень плохо. Мы много говорили: всегда нужно отличать, где «так говорит Господь», а где «так решили мы». Кроме того, Он говорит, что они не остановились на преданиях старцев, которые изобрели после вавилонского плена. Они пошли дальше: во втором веке по Рождеству Христову только закончили писаться Мишна (свод иудейских устных законов), Талмуд (свод иудейских религиозных текстов) и прочие человеческие постановления. Это всегда очень опасный путь, когда мы человеческое приравниваем к Божьему. Религия преданий превозносится над другими.
Написано, что они укоряли Его. Кого вы укоряете? Того, Кто хлебы преломил, Кто в прошлом контексте по воде ходил? Задумайтесь, с Кем вы имеете дело. Они ничего этого не видят, они видят только нарушение своих преданий. И последнее, о чём мы говорили, самое жёсткое и самое плохое: они своим преданием, говорит Христос, устраняют слово Божие. Он ещё мог терпеть, когда вы что-то сами придумывали и сами соблюдали, но когда ваши традиции начинают нарушать Божие слово, это сразу переходит из серой области в чёрную. Это плохо, очень плохо. И мы делали определённые выводы.
Следующий контекст, который мы будем изучать сегодня, по сути, является продолжением диалога Христа с фарисеями. Я в прошлый раз говорил: если бы мы изучали Евангелие от Матфея, мы бы разбирали ещё больше этих столкновений. Угодно было Духу Святому, когда Он писал Евангелие, часто оттенять эту сторону жизни Иисуса Христа. В первой, второй, третьей главах Евангелия от Марка мы разбирали пять столкновений Христа с фарисеями. Он опять к ним возвращается и ещё вернётся. Угодно было Богу показать это, потому что проблема мёртвой, пустой религиозности всегда будет у людей. Есть и другие проблемы, но это одна из основных.
Итак, в продолжении диалога, Евангелие от Марка 7:14-23:
«И, призвав весь народ, говорил им: слушайте Меня все и разумейте: ничто, входящее в человека извне, не может осквернить его; но что исходит из него, то оскверняет человека. Если кто имеет уши слышать, да слышит! И когда Он от народа вошёл в дом, ученики Его спросили Его о притче. Он сказал им: неужели и вы так непонятливы? Неужели не разумеете, что ничто, извне входящее в человека, не может осквернить его? Потому что не в сердце его входит, а в чрево, и выходит вон, чем очищается всякая пища. Далее сказал: исходящее из человека оскверняет человека. Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство. Всё это зло извнутрь исходит и оскверняет человека».
На этой неделе мне попалась одна история. Я люблю христианскую историю. Я нашёл биографию старца — Антоний Египетский (раннехристианский подвижник, основатель отшельнического монашества). Его прозвали Египетским, потому что большую часть своей жизни он провёл в египетской пустыне.
Он родился в 251 году по Рождеству Христову. Православные причислили его к лику святых, сказали: это наш. Известный человек в православных религиозных кругах.
Чем он отличался? Антония Египетского считают основателем отшельнического монашества. Это был первый человек, который жил достаточно неплохо, достаточно богато, но оставил свою семью, раздал имущество и ушёл жить в пустыню. Он прожил 105 лет. Умер в 357 году. Из этих 105 лет 70 он провёл в пустыне. Не знаю, как, вроде в пещере. Там разные были обстоятельства. Сначала к нему приходили, он разрешал, чтобы к нему приходили. Потом он запретил к себе приходить. Под конец жизни, говорят, он вышел из отшельничества. Он участвовал в первых соборах, когда были нападки на божественность Христа. Он участвовал, доказывал, что Христос — Бог. В общем-то, если не учитывать эти напрасно прожитые годы в пустыне, много он сделал хорошего. Но что мне было интересно: в конце жизни он сказал такую фразу: «Уходя в пустыню, вы убегаете от искушений слуха, языка и взора. Однако только одно искушение остаётся с вами всегда — это искушение, которое вы носите в себе в виде собственного сердца». Человек долго шёл к тому, о чём давно сказал Христос. Он говорит: вы можете убежать от внешних обстоятельств, но есть одна проблема, которую многие недооценивают, — она внутри вас. Это ваше греховное сердце. Он подтвердил то, что сказал Иисус: проблема осквернения человека находится не снаружи человека, а внутри человека. Эту фразу я хочу, чтобы вы сегодня запомнили. Проблема осквернения человека, говорит Христос, не снаружи человека, во-первых, а внутри человека.
Говоря об актуальности этой темы, хочется сказать: мы как церковь хорошо живём, если понимаем, что нам нужно сторониться осквернения, что мы призваны быть святыми. Много раз в Ветхом Завете говорится: «Святы будьте, ибо свят Я, Господь Бог ваш». Мне кажется, это мы теряем.
Когда я был в молодёжи, тогда в братстве часто говорили слова «очищение», «освящение». Где-то были, на мой взгляд, перекосы: очищение понималось больше как поведение, чем состояние сердца. Но сам призыв очень хороший. Многие люди именно приходили в церковь и жили в церкви с пониманием: я здесь для того, чтобы становиться всё больше похожим на Христа. Это зачёт, это всегда плюс. Если мы эту культуру потеряем, тогда люди просто будут приходить и говорить: «Мне и так хорошо, посижу, послушаю». Но такое отношение к Слову Божию говорит о том, что у людей потерялось именно желание возрастать в очищении, возрастать в освящении.
И когда в церкви всё-таки сформирована культура святости, всё равно присутствует опасность. Какая? Направить свои усилия не на своё сердце, а на своё поведение. В чём дело?
Современная психология нас атакует. Психологи говорят, что по своей сути люди добры. Христос противоречит этому. По своей сущности, по своей природе люди не добры. Теория о добром человеке придумана для того, чтобы переложить ответственность за своё поведение на кого-то другого. Это всегда плохо. Привычка искать проблему не в себе, а в обстоятельствах, в ближних, идёт, по-моему, ещё из Эдемского сада: жена, которую Ты мне дал, змей обольстил меня. Кого угодно найдём. У нас прошлое плохое, у нас папа был жестокий, у нас мамы не было, у нас сегодня соседи не такие, у нас куча обстоятельств, которые нас реабилитируют как будто в глазах людей. Я такой, потому что или прошлое, или настоящее у нас всё как-то не так.
Я читал, когда готовил слово по Посланию к Филиппийцам, комментарии одного автора. Он пишет о двухтомнике, который написали светские учёные, психологи. Книга называется «Личность преступника». Они взяли много людей, которые совершали преступления, разные злодеяния, и пытались проследить какую-то закономерность, как люди становятся преступниками. Мне было интересно прочитать их выводы. Мысль о том, что человек становится преступником под влиянием разлагающей его окружающей среды, оказалась на деле весьма слабым аргументом, не объясняющим сути этого явления. То есть то, что мы часто слышим: вот безотцовщина или ещё кто-то, вот оттуда растут преступники. Они пишут дальше: мы обратили внимание на то, что преступники выходят из разных семей — как из неблагополучных, так и из обеспеченных. И на путь преступления человека толкает не окружающая среда, а целая серия выборов, которые он делает с раннего детства. Разум преступника в конечном счёте примет решение о том, что в жизни человека нет никаких ценностей. То есть они делают заключение: человек рос в хорошей семье, вырос бандитом; рос в плохой — вырос бандитом. Не могли понять. И в конце концов приходят к выводу, что проблема в голове, то есть у всех одинаковое что? Нет никаких ценностей. И Павел, по-моему, об этом говорит: будучи помрачены в разуме, люди грешат. Вот там проблема: греховное сердце, которому не привили ценности, особенно библейские, Божии ценности, оно находит себе оправдание и начинает грешить.
Неверно поставив диагноз, мы начинаем бороться не с тем. Человек, который понимает, что беда в его сердце, будет искать благодати. Он будет больше молиться. Он будет больше, если речь идёт о детях, наставлять их в учении и наставлении Господнем. Человек, который думает, что проблема только в окружении, — а окружение играет свою роль, мы ещё коротко об этом поговорим, — будет бороться с окружением, будет изолироваться, в пустыню уходить. А ещё сложнее прошлое своё как-то изменить, если оно у вас какое-то нехорошее. Но мало мы в Писании находим, чтобы думать о прошлом. Писание говорит, что прощать надо людей, учиться это делать. Мало Писания говорит о том, что обстоятельства нужно сильно менять, — они часто нам не подвластны. Но то, что происходит в нашем сердце, Писание говорит, что вот за это вы, ребята, отвечаете. Почему? Потому что у вас есть рождение свыше, у вас есть Божья благодать, у вас есть источники для наполнения Божьей благодати: Слово есть, молитва есть, церковь есть. У вас есть Божьи ресурсы для победной жизни.
Поэтому, такое длинное вступление. Иудеи совершенно этого не понимали. Мне кажется, сегодня многие в церкви этого не понимают, когда все свои усилия тратят на то, чтобы или обвинять кого-то, или изолироваться от кого-то. Поэтому нам нужно обратить внимание на слова Иисуса, Он две истины об осквернении. Евангелие от Марка 7:14-19 Он два раза говорит «не может». То есть что не оскверняет человека. Смотрите ещё раз: 15-й стих — «не может осквернить», 18-й — «не может осквернить». Сначала Он говорит о том, что не может осквернить, а уже с 20-го стиха по 23-й говорит, что оскверняет. 20-й — «оскверняет человека», 23-й — «оскверняет человека». Если в прошлом контексте основное слово было «предание» — предание, предание, там пять или шесть раз, — то здесь основное слово именно «оскверняет»: что оскверняет и что не оскверняет. Мы пойдём по такому пути. Сначала разберём, что нас не оскверняет, если вам вообще интересно, что нас не оскверняет, а потом разберём, что нас с вами оскверняет.
Ещё раз короткая фраза: ничто, входящее в человека. Кажется, просто. Бога не интересует чистота вашего кишечника, абсолютно. Его интересует чистота вашего сердца. Как будто бы всё понятно. Я пытался погрузиться в тот исторический контекст и подумать, как тяжело было им слушать это слово. Вы помните, здесь мы прочитали, Он это сказал. Причём так сказал: «Слушайте все!» Выходит и говорит: обратите внимание, ничто, входящее в человека, не может осквернить его. Приходят в дом ученики, подходят, говорят: мы что-то не поняли. Он говорит: вы не поняли? Он даже как будто с возмущением: вы ещё непонятливы? Марк часто эту их неспособность к обучению обличает. Вы ещё не поняли? Ещё раз то же самое говорит. Настолько людям было тяжело это принять. Почему так было и почему Христос пошёл так далеко? Ну ладно, уже конфликт есть: что Ты неумытыми руками поел. Он ещё усугубляет этот конфликт. Говорит: мало того, что можно есть неумытыми руками в плане ритуального очищения, — Он говорит: даже если вы съедите что-то нечистое по вашему закону или даже по Божьему закону, это не оскверняет. У них когнитивный диссонанс. Почему это? Я думаю, что и сегодня для иудеев, для мусульман многих эти слова были бы настоящей революцией. Ученики Христа не понимали приоритет внутренней праведности над внешним обрядом. Почему? Они были воспитаны Ветхим Заветом, Книга Левит 11 глава очень много говорит, что есть чистые животные, есть нечистые животные. Они в этом выросли. Вы помните, что даже когда Пётр уже, будучи апостолом, проповедует, полотно спускается: ешь. Какая реакция? «Не буду». «Господи, не буду». Кажется, там два эти слова оксиморон (сочетание противоположных по смыслу слов), называются, ну должны рядом не стоять. «Господи, не буду». Если уж «Господь сказал», ешь, пожалуйста, но "никогда не входило в уста". Что Бог очистил, того не почитай нечистым.
Когда они читали Ветхий Завет, когда они читали Даниила, который положил сердце своё не оскверняться яствами со стола царского, — когда Иерусалимский собор даже потом соберётся, и у них вопрос: вот язычники начали каяться, а что делать-то с удавленинной, с кровью, помните? А что делать? И вроде бы в голове есть: Христос сказал, ничто входящее не оскверняет, а они всё равно пишут, что воздержитесь от этих. Почему? Потому что есть иудеи, которым это мерзость, и они понимают, что это будет вносить в церковь разлад. Они пишут, что вот от этого надо воздерживаться. Позже в посланиях Павел уже конкретно и ясно напишет, что всё, что продаётся, ешьте без исследования, и так далее. Мы ещё к этому обратимся.
Есть ещё исторический контекст. За несколько лет до Рождества Христова вы слышали про такого человека — Антиох Епифан (сирийский правитель, преследовавший иудеев). Он захватил Иерусалим. Этот правитель насаждал эллинизм (греческую культуру и мировоззрение) вокруг себя и делал это насильственно. Он и в Иерусалим пришёл и заставлял иудеев есть нечистую пищу. И вот книга Маккавеев, 1-я Маккавеев, 1:63, там написано: «Многие в Израиле остались твёрдыми, чтобы не есть нечистого, и предпочли умереть, чтобы не оскверниться пищей и не поругать Святого Завета, и умирали». То есть за верность этому слову, за верность чистоте люди умирали. Теперь, когда Христос, учитывая весь этот бэкграунд (предысторию, опыт), — они имели слово, они имели опыт, они имели традицию того, что люди умирали за то, чтобы не есть нечистое, — встаёт и говорит: ничто, входящее в человека, не оскверняет человека. Можно представить, какой там взрыв. Если ученики просто: «Господи, объясни ещё раз, не дошло». А фарисеи — Евангелие от Матфея я вчера просматривал — написано: ученики сказали: знаешь ли ты, что фарисеи, слыша это, соблазнились? Соблазнились — греческое скандалон (соблазн, камень преткновения), то есть это такой мягкий перевод, а оскандалились, то есть они скандал подняли, шум подняли: что Он говорит, что Он такое творит? Как мы можем принять это?
Дело в том, что вот здесь текст, который мы прочитали, 19-й стих, если вы обратите внимание: «потому что не в сердце входит, а в чрево, и выходит вон, чем очищается всякая пища». Слово «чем» здесь у нас пунктиром, его нет в оригинальном тексте, его добавили переводчики. По сути, стоило бы, говорят комментаторы, поставить точку, и последнее предложение должно звучать так: «Очищена, или чиста, всякая пища». Я даже заглянул в некоторые переводы. РБО (Российское библейское общество) переводит: «Этим он объявил всю пищу чистой». Понимаете? У нас просто «не может осквернить его, чем очищается всякая пища», как будто Христос продолжает. Но, скорее всего, речь идёт о том, что Он говорит: «Чиста всякая пища». То есть Он в этот момент провозгласил принцип Нового Завета. Хватит уже думать, что ваша чистота сердца зависит от каких-то внешних действий. Чиста всякая пища. Ешьте, пожалуйста.
Новый Завет на то и новый, что показывает теперь новые принципы построения взаимоотношений.
Для чего же закон Моисеев, который говорил о том, что есть, а что не есть? Написано, что он дан по причине преступлений до времени пришествия семени. Кто это? Что за семя? Христос, до времени пришествия семени. То есть семя — это Христос.
Сейчас я немножко вас погружу в богословские дебри. Христос пришёл, закон был дан до Него, до Его времени. Христос пришёл и провозгласил другое.
Павел говорит: закон был для нас детоводителем ко Христу, подвёл ко Христу, нужду в Нём показал. Вот его суть в чём была. Он показывал, что вы не чисты внутри, что вы нуждаетесь в очищении. Он придавал греху статус преступления. Павел говорит, что по-другому бы не узнал преступления, если бы не было закона. Но у него никогда не было сотериологической (спасительной) функции, то есть функции, чтобы спасти. Никогда люди не могли спастись законом, никогда. Спасались всегда только верой. И вот эту истину, по-моему, настолько сложно евреи принимали, что даже автор Послания к Евреям очень много об этом пишет. Что с переменой закона или с переменой священства приходит Новый Завет. Он говорит: известно, что все первосвященники были из колена Левина, а Господь наш, говорит, из колена… Какого? Иудина. Вы помните, Озия (библейский персонаж, наказанный за самовольное прикосновение к ковчегу) из колена Иудина как-то взял ковчег и пошёл священнодействовать? Проказой покрылся. Но Бог говорит, что поменялось священство, поменялся закон, поменялись заповеди. Мы иногда говорим: в Новом Завете нет заповедей. Куда они делись-то? «Заповедь новую даю вам». Или Павел пишет о том, что вы знаете, какие дали мы вам заповеди от Господа Иисуса, 1 Фессалоникийцам. Иакова 2:8: «Если исполняете закон царский, по Писанию, хорошо делаете». То есть опять же закон царский — закон Христа. Хорошо делаете. То есть у нас тоже есть заповеди, те, что принёс Новый Завет, мы участники Нового Завета. Вот это большая тема.
Мне хочется говорить много. А в чём его суть? Когда Бог сказал, что заключу с Израилем Новый Завет, выну сердце каменное, вложу туда сердце плотяное. И буду жить в них, и буду в них говорить, через них действовать. И вот в этом была разница. То есть уже здесь в первый раз Христос провозгласил принципы Нового Завета. Сменился завет, сменился закон, сменилось священство. Всё, мы теперь в другом времени. Поэтому людям — и ученикам, и фарисеям — сложно было это принять.
Но нам сегодня почему это важно знать? Я замечаю, мне много приходится в других церквях бывать. Настолько перемешано всё, что-то у нас из Ветхого, что-то у нас из Нового. Мы же не можем его выкинуть, в конце концов. Две трети Библии — это слово Божие, богодухновенное. Ветхий Завет для чего-то нам оставлен. А что мы оттуда брать можем, а что не можем? Здесь много времени нужно, может, чтобы сильно пояснить. Ну и там написано: если строишь второй этаж, перила сделай. Писание говорит. То есть если не сделал — грех. Там бороду, написано, стричь нельзя. Я взял и побрился сегодня. Там много чего. Там разными семенами засевать нельзя. Как мы понимаем, что мы оттуда берём, что мы не берём? То, что нам Новый Завет говорит в заповедях, — да, и мы видим это и в Ветхом, и в Новом — берём. Если мы не видим в Новом Завете какого-то повеления, которое было в Ветхом, тогда мы и не берём. Тут всё просто. Вот Новый Завет пришёл, новые заповеди. Особенно когда повествовательные тексты старого мы толкуем, всегда нужно быть осторожнее.
Книжники и фарисеи заработали очки в глазах народа, что исполняли вот эти вот Моисеевы законы, и какие-то свои. Но Христос говорит, что в глазах Бога поймите, что вас пища не приближает и не удаляет от Него. Так и Павел написал: не приближает вас к Богу, не удаляет. Если можно, так буду заменять. Пища не оскверняет и не очищает. То есть съешьте что угодно, вы к Богу ближе не станете. Я дальше пойду в этом применении.
Мы говорили: в Ветхом Завете были определённые болезни, кожные заболевания, которыми было сказано: заболел — нечист, до свидания. То есть от Бога ты удаляешься. Всё, забыли про это. Никакие болезни, никакое географическое местоположение. Нас ещё пока, вот до молитвы, это вот здесь Бог нас особо слышит. Меня Бог не лучше слышит в армии. И молитва меня там пламенная в казарме была среди людей, которые меня окружали. Хоть в Иерусалим езжайте, хоть на Голгофу, хоть в тюрьме вы окажетесь. Никак, ни сегодня мы не можем географически переместиться, чтобы стать ближе к Богу или дальше от Него. Понимаете? И когда мы какие-то ритуальные действия совершаем, здесь вообще сложно. Потому что в православии и католицизме есть понятие таинства. Семь таинств. Не буду их перечислять. Есть то, что за счёт ритуала ты становишься ближе к Богу. Протестанты отвергли это понимание, потому что оно не поддерживается Писанием. Ритуал — всегда подтверждение того, что уже произошло внутри. И если внутри ничего не произошло, ритуал вообще ничего не даёт. Никак не приближает. Если бы сестры наши не родились свыше, а мы бы их покрестили, ноль пользы никакой. В Вечере пусть участвуют, руки на них будем возлагать. Если внутри ничего не поменялось, пользы от этого никакой нет. Вот и всё. В противном случае мы тогда должны просто превратиться в ритуальную религию, которую просто совершают и ждут, что Бог наполнит за счёт этого людей благодатью. Подумайте об этом. Это такая большая тема, но мы сегодня должны быть Богу благодарны, что Он к нам близко за счёт Жертвы Христа, за счёт слова Своего, за счёт молитвы, за счёт того, что мы имеем церковь.
Давайте на вторую часть посмотрим, вторую часть этого текста: что оскверняет. Здесь написано, Христос два раза уже сказал, что оскверняет то, что исходит. Причём, смотрите, у Матфея сказано: из уст исходит. Марк идёт дальше. Он говорит, что исходит из человека, и потом начинает перечислять грехи, которые не только грехи языка. То есть он говорит, что из злого сердца, похоти, они не всегда выходят в виде поступков. Они иногда выходят в виде каких-то желаний или не выходят, они внутри присутствуют. Но он говорит, что гнев, вожделение, похоти — да, это всё в вашем сердце. Не сказать, что он говорил какие-то новые идеи, что народ Божий, израильский, не знал. Помните, когда Самуил приходит возлить елей на Давида, там Самуил смотрит на старшего и говорит: вот это точно царь. Ему Господь говорит: не смотри на вид его, на высоту роста его, Я отринул его. Я смотрю не так, как смотрит человек, ибо человек смотрит на лицо, а Господь смотрит на сердце. Уже тогда они должны были понимать, что Бог смотрит глубоко внутрь и видит то, что другие не видят. Давид пишет: «Соломон, сын мой, знай Бога отца твоего, служи Ему от всего сердца, от всей души, ибо Господь испытует все сердца и знает все движения мыслей».
Когда мы, братья и сёстры, в церкви переходим с борьбы за святость в область поведения, а не в область сердца, мы уже проиграли. Христос говорит: вот туда смотрите. Если там Я воцарился, если на престоле Господь, если Он этим сердцем владеет, как бы всё остальное выстроится, внешне всё, там долги какие-то ещё. Как только Христос приходит в жизнь человека, там начинается порядок. Если Христа нет, внешними какими-то зажиманиями и прочими правилами мы можем человека подвести, как будто бы нормальный, но только он выйдет из-под этого контроля, только он выйдет из-под этих правил, он сразу кидается во все тяжкие. Вот в чём беда. И люди сегодня, к сожалению, часто это не понимают.
Я не буду, друзья, перечислять все грехи, о которых здесь говорит Христос. Мне что показалось интересным: Он вначале говорит «злые помыслы», то есть из сердца злые помыслы, то есть это корень проблемы, мышления, о чём мы вначале говорили, и заканчивает «безумство». То есть сказал безумец что? В сердце своём опять же: нет Бога. То есть безумство — это может быть какое-то объединяющее всё перечисленное глупое отношение к Богу и к Его слову. И говорит, что проблема человеческого сердца, духовный рост наш. Вы себя сейчас можете проверить, измеряется как раз тем, что мы с годами начинаем видеть свою греховность всё более чётко. Мы раньше как бы были спокойны за поведение. Я ж нормальный, прихожу, никто мне ничего не говорит. Но когда ты живёшь со Христом, ты начинаешь видеть уже глубже. А я сейчас разозлился. А я того брата или сестру похоронил где-то на задворках сердца и не хочу больше с ним общаться. А я живу, может быть, в каком-то непрощении, не хочу признавать вину, я жажду мести. Я реализую свои греховные амбиции в служении. Столько всего начинаешь видеть. Это не должно ввергать в уныние. Есть благодать, есть Бог, есть молитва. То есть мы, люди христиане, должны быть людьми радостными. Но духовный рост выразится в том, что мы перейдём с поведения на сердце. Мы туда будем смотреть, на проявление внутренней нечистоты. Пол Дэвид Три (христианский автор, пастор) пишет фразу: «Я могу страстно желать того, к чему должен бы немедленно воспротивиться. Я склонен стремиться к тому, что должен бы ненавидеть. Меня тянет пристально разглядывать то, от чего я должен бы отвернуться. При всём этом я способен без особого труда убедить себя, что со мной всё в полном порядке. А то, что я пожелал или сделал, вовсе не так уж плохо». Вот так. Это говорит пастор, которому 70 лет. Я себя способен убедить, что у меня всё хорошо, но он говорит, что Бог заставит вас отвечать за то, что происходило в вашем сердце. Он туда заглядывает, потому что мы имеем благодать и можем справляться с теми вызовами, которые нам мир сегодня даёт.
Итак, коротко подведём итог и здесь применение какое. Мы величайшую опасность, которая только существует, носим в себе, в своём сердце. Когда мы грешим телом, это говорит о том, что мы давно ушли туда уже сердцем. Только это проявилось снаружи. Война с грехом из сферы поведения должна перейти в сферу желаний. Побеждать нужно уже там. В этой войне мы не должны полагаться на убогие возможности своего самообладания. В войне сердца может помочь только Христос. Люди и обстоятельства, которые нас окружают, могут послужить поводом, провоцирующим греховные всходы, но никак не причиной. Об этом Послание Иакова: «Это Бог меня искушает, Он мне послал». Ты искушаешься собственной похотью. Всё. У тебя внутри проблема. Ищи благодати. И по сути не сильно важно, в какой обстановке ты находишься, важно всегда, что происходит вокруг тебя. Поэтому мы говорили в прошлый раз: шестая глава заканчивается тем, что вот эти книжники, фарисеи за чистоту боролись: не прикасаться, не оскверняться. А Марк говорит: и ходил Он по городам, в селения, и люди просили прикоснуться к Нему, и Он говорит: прикасайтесь. И которые прикасались, исцелялись. Вот это красота, братья и сёстры, когда мы не просто детей своих окружаем. Оно и вроде бы здесь есть какая-то доля истины в том плане, что худые сообщества развращают добрые нравы. Но когда мы их воспитываем так: ты появляешься в любом обществе, самом греховном, ты должен нести туда благодать, исцеление. Мы, к сожалению, иногда видим так, что в лагерь молодёжный христианский приезжает какой-то один, ну как сказать, не совсем порядочный человек, и члены церкви поплыли за ним. Не они на него влияние оказали массовостью своей, а он на них. Это говорит о слабости. Мы когда с неверующими сталкиваемся — ну, сейчас я опять устроился на работу, меня, получается, мой сотрудник, коллега, забирает, едем в Новосибирск, — и каждый раз первая с ним беседа была такой, что ни в кого не верю, ничего не хочу. У него год назад умер маленький ребёнок, только родился. Он ходил по церквям, ходил по батюшкам, платил деньги, ничего не помогло. Сейчас последняя с ним беседа, речь его сильно матерится. Я говорю: и к этому пришли. Он говорит: ну вроде как надо поменьше. Говорю: Сань, проблема твоя не в этом. Это как бы внешнее, сердце у тебя нуждается в обновлении. Христос только может тебе помочь. И вот, понимаете, когда мы оказались вот с человеком, уже не он на нас влияет, что мы вдруг сквернословить начали, а мы на него влияем. Это говорит о том, что внутри мы люди сильные. Поэтому Джон Райл (английский епископ и христианский автор XIX века) 150 лет назад написал такую фразу: "Никакая плохая компания не научит вашего ребёнка и половине того, чему может научить его собственное сердце, не обновлённое Духом Святым. Если бы родители просили у Бога обратить их детей с таким же пылом, как они пытаются оградить их от дурных товарищей, их дети были бы в большей безопасности». Он говорит: молитесь больше, наставляйте больше, нежели задумайтесь о том, как оградить их от дурного влияния. Сделайте им теплицу, сделайте, только они потом вырастут и пойдут туда, куда влечёт их сердце".
Заканчиваю, братья и сёстры. О чём мы говорили? Поверхностное понимание проблемы рождает поверхностные решения. Мы будем прятаться в пустыню, да, мы будем изолироваться, мы, может быть, просто будем вести двойную жизнь: в церкви я один, дома я другой. Но настоящее решение будет заключаться в том, что мы будем просить Бога изменить наше сердце.
Во-первых, если вы человек невозрождённый, в принципе обречены. У нас есть ещё в церкви невозрождённые, которым нужно каяться. Вы обречены идти за своим сердцем. У вас нет силы сопротивляться, вам нужно покаяние, вам нужно то, о чём сказал Иезекииль: «И дам вам сердце новое, дух новый дам вам. Возьму из плоти вашей сердце каменное и дам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой. И сделаю то, что вы будете ходить в заповедях Моих и уставы Мои будете соблюдать и выполнять».
О, красота! Я бы никогда сам этого не сделал. Но, говорит Господь, будете, потому что Я вам сердце заменю. А дальше Он обещает давать нам благодать. Он говорит: кто пребывает во Мне, на лозе, тот принесёт много плода. Пребывать в Нём, общаться с Ним.
И поэтому для того, чтобы нам жить свято, Христос не просто дал нам свод правил, Он дал нам Самого Себя. Он принёс за нас Себя в жертву, чтобы у нас была сила. Он не хотел воспитать из нас пустых религиозников. Он хотел, чтобы у нас была жизнь, жизнь с избытком, которой бы мы влияли на других. Давайте об этом Его и попросим. Аминь.