Свидетельство о покаянии. (Как покаялся майор полиции) Соловцов Роман

Меня зовут Роман, мне 43 года. Я являюсь членом церкви города Волжского. Это около Волгограда, если кто-то знает, может быть, кто ехал в сторону Астрахани, то вы обязательно через нас проезжаете через наш красивый город. Это город молодой, 53 года ему. Раньше, в момент образования, он назывался село Безродное. Вот такое некрасивое, непривлекательное сначала название. Он образовался, когда строили Волжскую ГЭС. Ну и всякого разного народа там было, который строил эту ГЭС: и заключённые, и инженеры высокого уровня. И вот на таком смешении интеллектов появился наш город. Сейчас он называется город Волжский. Где-то примерно 350 тысяч населения в этом городе. Ну, так Бог помиловал эту местность. Но у нас город-спутник рядом — Волгоград, всё-таки город-миллионник. Церковь у нас в принципе не молодая уже, не совсем юная, но немногочисленная. В вашем краю даже некоторые семьи есть из нашей поместной церкви, переехали сюда жить. Где-то 40 членов церкви у нас.

Я принял крещение в прошлом году, в октябре месяце. До этого... ну, я сейчас расскажу, как я... Брат вчера свидетельствовал Василий, и я сидел, слушал и думал: всё-таки к престолу благодати какие разные пути у Бога. Он с одного пути подходил, а я совершенно с другого пути подходил. Я всю свою сознательную жизнь, можно сказать, после армии сразу пошёл работать в милицию. Были 90-е годы, и работы как таковой не было. Вообще устроиться проблематично было куда-то на работу, на завод, хотя у нас город промышленный, очень сильно развито производство, очень много предприятий. Но работы не было, все заводы стояли, были такие большие экономические проблемы, преступность росла. Встал выбор: либо мне... по пути Василия пойти, либо по другому пути. Но я пошёл по другому пути. Знаете, если оценивать назад, оглядываясь, то в принципе ничуть не лучше этот путь, потому что этот путь тоже всегда сопряжён с теми же проблемами, с какими сталкивается и преступный мир, и это такие же греховные побуждения. Только сторона, если брать с точки зрения государства, вроде как благочестивая, но на самом деле... Я не хочу сейчас очернить никого, я рассказываю только о своих переживаниях и впечатлениях, поймите меня правильно.

Таким образом я пришёл в милицию и проработал в уголовном розыске 15 лет. Я дослужился до звания майора, был начальником уголовного розыска в своём городе, в отделе милиции. Семь лет проработал в отделе по расследованию убийств. У меня высшее образование, закончил академию МВД. Но вы знаете, у Бога свой взгляд на каждую судьбу в отдельности. И если сердце человека расположено к Богу, к исканию, к познанию Господа, Он обязательно отзывается и не останавливается в своём стремлении привлечь это сердце к Себе.

Оценивая свою жизнь на протяжении жизни, я замечал, что всегда стремления к Богу были, и меня столько раз миловал Господь, столько... Знаете, четыре года я до пенсии не доработал, уволился. Это 11 лет назад было. И меня всегда спрашивают: ну почему ты не доработал до пенсии, четыре года всего? Ну, разве это разумно, неразумно? И я отвечаю: знаете, все, с кем я работал, уже отсидели и вышли, большинство из них. А меня Бог помиловал, со святым братством общаюсь, в церкви, слава Богу, нахожусь. Поэтому пути, пути очень разные, пути греховные, и очень много соблазнов, тем более когда человек обладает серьёзной властью над другими, над судьбами других людей. Очень много искушений дьявол посылает, переступить... и моральные нормы, и закон, и всё это и было. Но Бог миловал, не было возмездия, хотя оно было заслуженным уже, и Господь вёл таким путём интересным и давал возможность с Собой встречаться и разговаривать иногда.

У меня даже был один случай, меня отравили клофелином. И я умирал, реально. У меня давление 40 на 60 было, и я уже... Шесть ударов в минуту у меня пульс был, когда скорая приехала. То есть уже практически я не жилец был. И Бог помиловал. Я помолился внутренне, говорю: «Господи, оставь мне жизнь». И Он оставил мне жизнь. Врачи говорят: ну, это просто было чудо, конечно, потому что так... ну, так не бывает просто. И мы знаем многие, что Бог делает как не бывает в обычной жизни. Когда Бог милует, сразу видно, что это Господь явил Свою милость, и произошло какое-то чудо в нашей жизни. Таких чудес было какое-то количество в моей жизни, и каждый раз я видел руку Господа, и Он меня по жизни миловал и к Себе, наверное, привлекал, потому что Он же знает нашу судьбу, в принципе. У Него-то она на ладони, как говорится, вечность перед Ним открыта. Это мы — ограниченные создания. Ведь у нас здесь удел земной жизни очень короткий, мгновение для Господа. И нам эта жизнь даётся для того, чтобы как раз определиться, какое мы положение в этой вечности будем занимать.

И жизнь моя так текла спокойно, вроде бы казалось, годы службы, в общем-то, серьёзное положение. Соответственно, статус мой позволял мне, так как бы плечи расправлять иногда. Немножко я о себе был очень высокого мнения, естественно. И, как бы, на проблемы людей смотрел всегда свысока, понятное дело. И Господь меня начал смирять, видимо, надо же было как-то мне из этой неприятной ситуации выбираться в жизни. И Он начал потихонечку меня двигать в сторону покаяния.

Одиннадцать лет назад как раз уволился. Казалось бы, у меня впереди был перевод, я хотел на повышение пойти в Москву. И в общем-то все двери были к этому открыты, и я уже переехал в Москву, и уже семью перевёз, и стал ждать приказа о назначении. Но в какой-то прекрасный момент Господь так эту благодать выключил Свою, и я был вынужден всё бросить, вернуться в свой город, но там тоже были все двери уже закрыты. Я написал рапорт на увольнение, и уволился из органов. О чём сейчас абсолютно не жалею. Как бы иначе бы, наверное, я, может быть... ну, не буду говорить, что могло быть, будем говорить о том, что имеем.

Я уволился из милиции, и жизнь меня начала немножко бить с разных сторон, смиряя мою гордость. Смириться со своим положением среди простых, как говорится, смертных, для нас всех очень сложно, когда имеешь власть. Но тем не менее, я оказался в этом положении, начал смиряться. И Господь начал разрушать все мои эти иллюзии жизненные. И я в течение десяти лет оказался на самом дне жизни. Это реальное. Я начал выпивать, начал серьёзно грешить. И в общем-то попал в определённую зависимость. От этого и семьи разрушились. Я был неоднократно женат, разведён. У меня четверо детишек, двое внуков уже. С некоторыми детьми я поддерживаю связь, с некоторыми ещё не удалось наладить отношения, потому что с бывшими мамочками, бывшими супругами не строятся отношения. Так бывает. Но Господь работает, Он эту работу будет делать вместе со мной. Я думаю, что мы этот вопрос будем с Ним вместе решать, вернее, будет решать Он, а я буду смотреть, какую волю Он проявит, чтобы не ошибиться в дальнейших своих путях.

Таким образом я оказался на самом дне. И, знаете, я сюжет последний расскажу, который меня в общем-то уже непосредственно подвинул к покаянию. Я оказался в Москве на стройке, где нас работодатели с деньгами обманули, не заплатили сумму за выполненную работу. А в бригаде у меня было, если кто-то знаком с таким явлением, наркомания, да, и алкоголизм. В общем, нас было 12 человек в бригаде, из них 7 человек были героиновые наркоманы, уже серьёзной зависимости. Остальные, в том числе я, были алкоголиками. И мы в такой команде работали. И когда мы оказались в бедственном положении, Господь усмотрел для меня выход.

Я как-то в общежитии (были дни наши сочтены в общежитии, нам уже надо было его покинуть, у нас не было ни денег, ни возможности поселиться в другом месте и в октябре месяце мы могли оказаться в Москве на улице), и я спускался в общежитие и смотрю: на столе, в общей кухне, лежит гедеоновское Евангелие, синее, маленькое. Я иду и смотрю Евангелие... я его взял в карман и вышел. Иду, а сам про себя думаю: ну вот это вообще, это последнее само, ты взял и Библию украл. Я хожу, а Евангелие это мне карман жжёт, и место себе я не нахожу. В общем спускаюсь опять в эту кухню, но на следующий день это было, не сразу, значит, кладу эту Библию на стол опять. Я хожу кругами вокруг неё, смотрю, кто же её возьмёт. Но думаю, хозяин-то должен, её не берёт, никто не берёт. И когда я понял, что её уже никто не возьмёт, я понял, что это действительно Господь предусмотрел мне такой выход из ситуации.

И мы оказались на улице, у меня в кармане Евангелие, и я уже знаю направление — надо идти в церковь. В принципе, и Бог сказал, что надо к Богу идти, в церковь. Но я ещё как бы в православной вере, как мы говорим, я православный, у меня крестик. И мы пошли в православную церковь и, в общем, устроились.. Мы устроились в Бибирево строить Храм Всех московских Святых, если, может быть, кто-то знает такой. Это второй по величине храмовый комплекс в России. Первый — Христа Спасителя, второй — Всех московских Святых. Он очень большой, красивый такой. И вот мы там жили и за пропитание работали. Там все кованые изделия красивые, вот это наших рук дело. И там я начал молиться, читать Евангелие и молиться. Выучил «Отче наш» наизусть, начал молиться Иисусу, правда, на икону. Молился я Иисусу, смотрел я на икону, молился Иисусу. Молитвой «Отче наш» я утром и вечером каждый день в течение двух месяцев молился. А в этой церкви, при этом храме очень много было работников, всё-таки комплекс очень большой, очень много строений всяких, очень много работы всякой различной: там и на кухне, и постройки, и где-то хозяйственные вещи. И очень много было ребят с Украины. И этот дух Донбасса, я так его назвал, дух войны витал в воздухе всегда. И были  звонки родственников оттуда, и всегда какая-то беда, горе. При мне одному молодому мужчине в дом попал снаряд, в Горловке, он сразу уехал. И православное духовенство поощряло добровольническое военное движение движение.

И мы засобирались на войну. Я помолился как-то Богу перед сном, попросил, чтобы Он управил все пути, сделал звонок брату двоюродному. Один лишь раз я позвонил ему, сказал: «Брат, вы не волнуйтесь там за меня». Ну, в общем-то, я на своей жизни уже поставил крест. И был готов не потратить на это дело. Помолился Богу и лёг спать. А утром ни свет ни заря меня будит охранник и говорит, что ко мне пришёл какой-то посетитель. Я так удивился, что меня кто-то нашёл в церкви. Я вышел, стоит молодой мужчина, высокий. Я сразу определил, что это офицер какой-то. Я думал, ну, может быть, по военной линии какие-то возникают вопросы. Он назвал мою фамилию. Я говорю: «Нет, это не я. Что ему передать? Он сейчас подойдёт». Он говорит: «Ну ладно, давай, не это». Он знал мою внешность, но хотя внешность у меня была такая, у меня была белая борода, как у дедушки такого серьёзного. Сейчас я молодо выгляжу, а тогда лет 20 мне ещё плюс. Ну он говорит: «Меня зовут Игорь, я хочу с тобой пообщаться, поговорить, что тебя любят дома, что тебя любит твоя мама, тебя любят твои родственники, тебя любит Бог». И мы пообщались, посидели. Выяснилось, что это брат Игорь с нашей церкви, с Петровского бульвара, с Москвы, фамилию, к сожалению, не помню. Он руководитель молодёжи, трудится брат на Петровском. Он меня позвал в собрание, мы поехали в собрание, помолились. Он мне предложил всё-таки поехать домой, а не на войну.

А брат, которому я позвонил,  Валера, тут же побежал в наше баптистское братство и одному брату сообщил, что со мной такая ситуация. Этот брат немедленно поднял всех, кого мог. И Игорю поручили найти меня в Москве. Хотя я удивляюсь, это Божья милость, что он как-то нашёл меня, это удивительно. Поехал и нашёл. Так не бывает, что в Москве взял человека, поехал в церковь. Я в принципе сказал единственное, что я в Бибирево а церкви православной и еду на войну, всё. В Бибирево церквей всяких разных множество. И тем не менее, он меня почти сразу нашёл. И как раз я попадаю в этой церкви на служение, и объявляют жениха с невестой. Такое чувствование, торжественное событие. Я первый раз в такой торжественной обстановке в церкви. Мне так было радостно, и сердце расположилось, и мы поплакали. Единственное, говорю: «У меня нет денег, чтобы ехать домой». Он говорит: «Мы тебе поможем». Нашли мне необходимую сумму денег, выделили.

Еду на вокзал. 28 декабря это было. Из Москвы уехать невозможно просто, если кто-то уезжал перед Новым годом из Москвы, он знает, что билетов ни в какие направления нет, все кассы закрыты, не то что там нет билетов, они просто закрыты, потому что нереально уехать, тем более автобус, какой-то город Волгоград, в Москве не все знают его, может быть.

Я подошёл к своей кассе и очередь огромная примерно 100 метров, и никакой надежды, чтобы там какой-то билет купить. А внутренне так говорю: «Господи, ну вот видишь, я хочу ехать, а возможности нет, помоги, может быть, как-то».  Подхожу к окошечку кассы. И тот момент я навсегда запомнил. Касса была открыта, я подошёл и заглянул в кассу, издалека как бы, и кассир, женщина, тоже из этого окошечка на меня посмотрела, и наши взгляды друг на друга остановились, и как бы какой-то мостик между нами возник, но эмоционально что ли, я не знаю, не просто взгляды пересеклись, как бывает, посмотрели друг на друга, а именно остановились взгляды. И в этот момент меня по плечу кто-то так аккуратненько похлопал, я поворачиваюсь, стоит женщина невысокая и говорит мне: «А вы тут что делаете?» — «Хочу уехать, а билетов...» — «А вам куда надо?» Я говорю: «Мне на Волгоград». — «Вы знаете, я на Волгоград хочу билет сдать, я не еду, хотите я вам его передам?» И всё, и у меня слёзы... И тут Господь взял меня в руки и понёс, как говорится.

Приехал в Волгоград к себе домой. Но были ещё у меня пути. Там и падения были, и хромал я и на одну ногу, и на две, и на три. Но тем не менее, Господь уже Своё дело делал. И делал Он его, вы сами знаете, что весьма хорошо.

И я однажды на улице в 11 часов вечера закричал: «Господи, помилуй меня, спаси меня!» И Господь взял и освободил меня от греха просто чудесным образом. Кстати, когда Он начал со мной работать, так интересно, с братом общаюсь, при доме молитвы наш брат живёт, Володя, с семьёй. Я ему как-то раз говорю: «Володь, ты знаешь, я, по-моему, тупею. Вот я с тобой общаюсь, ты верующий, да? А я вот чувствую, что я не могу выразить как-то мысли свои. Вроде у меня образование какое-то там, что-то я читал, что-то я знаю, может быть, какой-то опыт имею. А не могу простых вещей каких-то выразить, не хватает слов». Он говорит: «Да нет, просто ты перестал матом ругаться». Серьёзно, и правда мат ушёл, и образовался в мозге вакуум, связки слов нет, речь бестолковая становится. Я ему говорю: «Брат, правда?» Он говорит: «Ну, ты не расстраивайся, что-то читай, Библию читай, и нормально всё будет». Потом сигареты ушли, а потом при последнем покаянии уже алкоголь ушёл и всё. Наступила свобода, свобода духа, когда уже плоть не диктует свои условия, когда... ну, наверное, многим знакомо, кто из мира пришёл, но и кто и так уверовал, всё-таки грех он плотскую натуру имеет в большинстве. И когда эта свобода духа наступает, тогда наступает это торжество Иисуса в сердце, когда ты понимаешь, что...

Сколько я раз сам бросить, пытался пить, я не пил 5 лет, три года и всё равно возвращался. И даже тогда, когда я этого не делал, всё равно моё мышление, моя плоть к этому стремилась. А сейчас грех действительно стал как бы ненавистен. Это чувство, конечно, без Иисуса трудно постичь, потому что это не наша заслуга, то, что мы освобождены. Господь даёт человеку с любящем Его сердцем свободу эту. И я всегда радуюсь, когда братья свидетельствуют и сёстры, о таком освобождении, потому что сам это пережил.

Братья и сёстры, может быть, у кого-то есть какой вопрос к брату Роману? Пожалуйста, может так один, два, успеете, можно задать.

Где работает сейчас?
У нас он на пищеблоке работает месяц волонтёром, кормил молодёжь, детей, подростков, семейных и вас кормит. Режет мясо, кстати, всё мясо, что вы кушаете, проходит через его руки. Почти всё. Вот это сейчас его работа.

Ещё, пожалуйста, вопросы. Что? Как с семьёй сейчас? Пожалуйста.
Ну что вы, не стесняйтесь. Но я в настоящее время разведён, я уже ещё до уверования развёлся, и у меня супруги нет, но есть прошлые браки, их было три официальных. Четверо детей у меня от этих браков и двое внуков. Значит, с детьми... двумя старшими поддерживаю хорошие, добрые отношения, родительские, а с младшими, ну, есть проблемы. Господь трудится сейчас вместе со мной над этим вопросом. Так что я не женат.

Да, братья и сёстры, я думаю, это очень хороший повод нам всем за брата Романа молиться о его духовном и устройстве семейном, в личной жизни. Пожалуйста, ещё вопросы.

Где учились вы?
Академия МВД. Да, это образование называется «Юрист». Ну, такое основное. Основное. Ещё учился в Москве в университете на факультете мировой экономики. Это образование называется «Экономист». А до армии закончил техникум в Волгограде, механический, по специальности наладки и эксплуатации станков с числовым программным управлением. Эта специальность называется «Техник-технолог».

Брат Роман успел... С красным дипломом?
Да, так успел, хорошо, хорошо, слава Богу, да, да, поучиться получилось.

Ещё вопросы, пожалуйста.
Город Волжский? Да, там у меня есть квартира, отдельное жильё, но в настоящее время проживаю с мамой. Мама после инсульта, серьёзное у неё там заболевание, и 90 лет бабушке. У меня так: бабушка, мама и я. И кошка. И кошка! Вот даже как!

Мне? Сколько лет член церкви?
В прошлом году, 2 октября, я принял крещение.

Мама ещё не пришла к Богу?
Мама ещё нет. Но у мамы серьёзное заболевание, после инсульта она... Проблема у неё, со здоровьем. Всё-таки это такое заболевание тяжёлое.

Комментарии