Правила благочестия в консервативной церкви всегда будут атакованы либералами
23 И будет вместо благовония зловоние, и вместо пояса будет верёвка, и вместо завитых волос — плешь, и вместо широкой епанчи — узкое вретище, вместо красоты — клеймо.
Исаия 3 глава — Библия: https://bible.by/syn/23/3/#23
Комплексные меры и комплексные последствия определяются пастором. Задача пастора в церкви очень сложна. Сложность заключается в том, что всегда, во все времена и века, молодежь тяготела влево. Так было тысячелетиями. А старики уклонялись вправо. И если в церкви доминирует молодежь, тогда старики ропщут: «Вот такая сейчас пошла молодежь, а мы раньше жили вот так». Если же в церкви доминируют старики, молодежь уходит в либеральные церкви, она где-то прячется, уклоняется, не вовлекается в служение.
Задача пресвитера очень сложна — сохранить эту золотую середину. Большая проблема баптистов в том, что мы люди крайностей. И посередине бываем обычно только тогда, когда переходим из одной крайности в другую. То есть где-то что-то шарахнуло, где-то пошли волны отлучений — мы тогда перегибаем вправо; видим, что разбегается народ, — отпускаем уже влево. И задача пастора — на этом гребне остаться посередине и сохранить баланс. Это очень сложно: чтобы и стариков не ущемлять, и в то же время не распустить молодежь.
Эти дисциплинарные меры и эти уровни, которые определяет церковь, имеют очень серьезные последствия. Именно комплексные ограничения имеют комплексные последствия. Например, каждая церковь борется с грехом — начиная от самых консервативных до самых либеральных. Ну, к примеру, начнем от самых свободных. Например, харизматические церкви, там, где где-то позволяются и выпивка, и пьянство, и какие-то добрачные свободные отношения, — все равно они борются с мужеложством, со скотоложством. Они борются. И всегда вот этот предел атакуется. Всегда. Есть более консервативные церкви — они уже борются с блудом, с прелюбодеянием, с пьянством. И этот предел атакуется в этой церкви.
Мы для себя избрали высшую планку. Это планка борьбы с макияжем, с женскими штанами, борьба с добрачными связями, с алкоголем, с золотыми украшениями. И этот предел всегда атакуется. Но этот предел имеет свои благословения и имеет свои последствия — комплексные последствия. Например, в церквах, где вот этот уровень держится, — слава Богу, более-менее благополучно с целомудрием. Только пробивается этот уровень, начинается волна отлучений. В церкви начинаются разводы, прелюбодеяния будут. Вот, понижение этой планки несет за собой эти последствия.
Я был в Германии в одной церкви. Церковь большая, 500 членов, которая разделилась (их была тысяча, пополам разделилась) именно по причине строгости или дисциплины. И в церкви, которая осталась на консервативном пути, все последствия остались, наверное, такие же, как было и раньше. В свободной церкви через пять лет они, конечно, сразу сняли головное покрывало, разрешили макияж, женские брюки и золотые украшения. Через 3–4 года у них сняли запрет на употребление алкоголя. Я хорошо знаю этот город, эту церковь. И меня пригласили, я был в консервативной церкви, в которой попросили провести семинар по ограничению алкоголя — как Библия смотрит на употребление алкоголя. Потому что уже в их городе открыто стали говорить о том, что алкоголь не запрещён и в умеренных дозах его можно употреблять. А за этим уже пошла волна разводов, и отлучений, и добрачных неправильных отношений.
Есть вот эти комплексные ограничения — они несут за собой комплексные последствия. Но есть большая сегодня опасность. Я вижу эту тенденцию в либеральных церквах. Многие люди, члены либеральной церкви, хотят пользоваться благами консервативных церквей, но жить в либеральном богословии. Такого не бывает. Если хотите, чтобы ваши дети сохранили целомудрие, чтобы были прочные хорошие семьи, чтобы не было абьюзерства в семьях, чтобы не было насилия, чтобы были послушные дети, — для этого необходимо идти по консервативному пути, чтобы проявлялась любовь и благословение. И тогда будем пользоваться благами консервативных церквей. Это так просто.
То есть, если мы позволяем в церкви добрачную дружбу, макияж, золотые украшения, женские брюки — это провоцирует следующий шаг. Значит, мы подключаем индустрию соблазнов. Если перестаем бороться с плотью и перестаем этот объем... как бы мы снимаем это с повестки дня, борьбу с плотью, — здесь начинает всё валиться, как эффект домино. Вот эта индустрия соблазнов обязательно приведет к нецеломудрию. Обязательно. Здесь закономерно, это уже проверено временем. Для того чтобы сохранить человека в целомудрии, для этого нужно научить его образу мысли борьбы с собой, борьбы с плотью. А здесь уже это начинается всё с консервативных позиций.
Брат В. Еременко - пресвитер церкви г. Кишинев, Молдова
