Свид-ва

Первое требование, чтобы не допускать нарушения законодательства о религиозных культах. Второе, чтобы не допускать сообщений о гонениях, чтобы они не распространялись за пределы (СССР). И третье, чтобы прекратилась печать в издательстве "Христианин". Можно же сделать и легальным путём, чтобы было разрешение, как во ВСЕХБ. Вот такой путь предлагали. И самое важное для них, чтобы я дал согласие на то, чтобы нелегально с ними встречаться тайными путями. Я на это не дал согласие и отправили меня в КПЗ.

А меня, когда арестовывал милиционер, то несколько раз ударил в лицо кулаком, и с такой злобой, говорит: "Будешь знать, как детей водить на собрание". Как будто от меня это зависит, что дети ходят на собрание. А я пробыл два года с лишним на ссылке, приезжаю, а тут уже детский хор, уже детский оркестр в Шахтах. Думаю: "Слава Господу, что не напрасно я там побыл, и без меня тут дело Божие идёт, дети подрастают и Господу начинают служить". Это такая радость была.

И саблей разрубает ему ранец, и оттуда вываливаются эти кирпичи. Тут подбежал переводчик и объясняет офицеру, что это баптист, верующий, он отказался брать винтовку, он не имеет при себе никакого оружия, он только раненых подбирал.

С коренными народностями побольше приходится совершать труда такого кропотливого, чтобы всё-таки в них заложилось Божественное Слово, которое есть залог того, что они как раз и сохранятся на дальнейшем христианском пути. Ведь мало человека привести к Богу, нужно ещё, чтобы он возрастал в благодати Господней и в Церкви, и чтобы его ещё не потерять. 

Дети Шагельды ходят в школу, там поголовное поклонение президенту, и в школе должен каждый ребёнок читать клятву, поклоняться портрету, или знамени, или фотографии президента. Слава Богу, Господь даёт возможность стоять в истине, дети Шагельды не кланяются, не произносят клятву. И, когда возмутились дети в классе: - А почему Атаковы не произносит клятвы, и стихотворение не читают во имя президента?

Хожу, смотрю на неё - красивая, хорошая сестра, скромная. И я уехал опять на Север, опять на год. Приезжаю, она опять не замужняя, никто её не взял. Думаю: "Вообще, наверное, точно меня ждёт" Вы знаете, я когда приехал, и хотел на ней жениться...

Крещение я приняла в 18 лет, уже живя в Мелитополе. Там жила моя родная сестра, и я к ней приехала. В Мелитополе мы по ночам занимались переплётом, переплетали сборники, которые уже печатала типография. Днём работали на производстве, я работала токарем на заводе. 

И пока пел хор, никто никого не призывал. Я и не знал, что такое призывная проповедь. Я не знал, что вообще верующие призывают кого-то каяться. Я вообще этого ничего не знал.