Проповеди МСЦ ЕХБ
в текстовом формате

Я с детства хотел быть верующим всегда. Я смотрел на верующих и думал: как бы мне стать таким? Потому что я видел, что общались все друг с другом — и молодые, и пожилые, и средних лет. И по всему было видно, что им очень интересно друг с другом, что это не просто наигранное общение. Я видел и думал: этим людям нравится вместе быть. И думал: как бы мне стать таким? Кто бы меня записал? Никто никого не записывал, списков не было. А стать таким у меня не получалось, я не мог. Думал: в чем же секрет? Хотелось, чтобы моя жизнь изменилась.

У меня мысль: «Господи, Ты моё всё забрал по воле Своей, а то, что мне не принадлежало, — оставил».

Дорогие друзья, несмотря на ветхость... Как-то одна сестра в собрании рассказывала стихотворение (Пращева), так я помню, сказала такие слова, стихотворение: «Хоть старею, но не я. Стареет хижина моя»

Вдруг, во время нашего разговора, раздался крик старшей моей дочери: «Женя упал!». Мы бросились из столовой в зал, и затем, не помня себя, я выскочил на улицу. Женя ничком лежал на панели. Я схватил его на руки, не зная, живого или мёртвого поднял его.

Вехи строительства: 23 марта 2003 год - решение о строительстве Дома молитвы, принятое на братском общении. 9 апреля 2003 год - слом старого строения. 29 апреля 2003 год - начато вскрытия грунта и копка котлована. Адрес Дома молитвы: Кемеровская область, г. Прокопьевск, ул. Крестьянская д. 34 Справочно: Дом молитвы состоит из 300000 кирпичей.

Было чувство, будто кто‑то невидимо управляет: нажимает кнопку — кто‑нибудь встаёт и участвует; нажимает другую — люди проповедуют. Всё было слаженно. Ещё мне понравилось, что главное в богослужении — слово, проповедь. Проповедуют одни мужчины, и всё, что они говорят, точно отражает мои мысли.

Случился неурожай, который сильно повредил хозяйству. Но, несмотря на это, я пил больше и больше. Ни слезы, ни просьбы жены не помогали. Я оправдывался тем, что все равно мне не быть богачом, пью я или нет. Так я говорил, а на самом-то деле водка вошла уже в привычку. Осенью у меня украли лошадей, и с горя я еще больше запил. Без лошади крестьянин — не хозяин, и у меня все пошло из рук. Я опускался все ниже и ниже. А потом вымерз хлеб. Я пришел в отчаяние: впереди грозила нищета, и решил идти искать работы на сторону.

С малых лет бабушка и мать моя учили молиться, славить Бога в молитвах, посещать православную церковь. Много было радостей в религиозные праздники: Рождество Христово, Пасху, Троицу, Духов день, Николу. Но детство ушло, а с ним и религия.