Господь - Источник радости. Брат Андрей.
Приветствую вас, дорогая церковь, братья и сёстры! Всех приветствую любовью Господа Иисуса Христа. Зовут меня брат Андрей. Думаю, что с некоторыми мы знакомы. Сестру Нину я очень хорошо знаю: мы в Братске постоянно с ней встречались. У неё там родная сестра живёт, она надолго задерживалась, грелась в Братске. Хотя погода у нас в Канске такая же, как в Норильске. Я посмотрел: сегодня выгоняю машину, поехал в аэропорт — лёд такой. Лужи ещё не замёрзшие, а на железных воротах уже ледок. Жена потом говорит: всё-таки сегодня заморозок был. Но всё равно, наверное, у вас раньше зима настанет, чем у нас. Мы живём всё-таки больше на юге.
И знаете, мне кажется, я помню этот молитвенный дом. Никого из здесь присутствующих не помню, а вот в молитвенном доме я был. Знаете, сколько лет тому назад? Наверное, 31 год тому назад. Как быстро время летит. Я ещё тогда в Кемерово жил. И ещё здесь пресвитером был Володя Картавенко. И тут братское было, вот так столы стояли.
А мы ещё как-то с Дудинки на снегоходах поехали в Потапово. Ехали, ехали. С братом Сашей Черушниковым нас везли в нартах. Ехали, ехали, мы там подпрыгивали, подпрыгивали. А кто-то сказал, что на другой стороне Енисея нет таких торосов (нагромождений льда) и там дорога более ровная. А мороз был больше 40 градусов. И это, наверное, был декабрь, полярная ночь. Мы ехали, ехали, и брат Володя начал брать на другую сторону берега, чтобы по той стороне поехать. И вот мы едем, едем, несколько часов едем, потом он осмотрелся и говорит: «Я не могу понять: луна была там, а теперь она здесь. Почему?» Я говорю: «Так мы же долго едем, луна тоже движется, поэтому едем дальше». И мы ехали, ехали. Наверное, часов пять ехали. И потом наконец-то появился огонёк, правда, на другой стороне. Наверное, это не Потапово. Куда же мы едем? И мы доехали до этого огонька, и оказалось, что мы в 20 километрах от Дудинки. Мы развернулись и поехали обратно. И так нам было досадно, мы замёрзли. Навигаторов в то время не было.
Переночевали, а уже потом, по утру, нам сказали: не переезжайте на другую сторону (там остров), опять круг дадите и будете плутать. И вообще нас потом с горем пополам довезли до Потапова. А сами братья до Игарки поехали. А потом мы опять здесь собрались, и здесь была братское общение. Вот это было 31 год тому назад. Это был декабрь 1995 года. Я ещё не был служителем. Поэтому мне этот молитвенный дом уже немножко знаком, а люди, наверное, все новые. Кто-то, наверное, родился недавно. И слава Богу, что мы можем быть в общении.
Вот брат Олег сказал слово о радости. Действительно, друзья, мы должны радоваться, и христианская жизнь — это радостная жизнь. Но согласитесь, бывают такие дни: даже на улице светит солнце, а мне не радостно. А бывает наоборот - пасмурно и даже песня такая есть: «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам» — детская, мы знаем её, хоть мы её не поём. Человек радуется, а ливень идёт. А в чём причина? Тут день рождения.
А вот представьте, когда человек о Боге радуется, у него вообще внешние причины на него не влияют. Помните Аввакум говорит: пускай даже не станет рогатого скота в стойлах, овец в загоне, виноград не даст плода, пускай не будет... А причина моей радости о чём? О том, что мы большой урожай собрали? Я буду радоваться о Господе. Вот это незыблемый фундамент, на котором мы должны стоять. И только из вида мы теряем Господа — всё, на нас влияют внешние обстоятельства. И мы попадаем в такую печаль или, как сегодня современное слово, депрессия.
Вот в таких государствах, где очень низкий уровень жизни, там вообще такой болезни нет — депрессии, потому что там люди заняты: как прокормить себя, как воду достать, как выжить. И поэтому они не знают, что такое депрессия. А от благополучной жизни мы порой попадаем в такие обстоятельства, что просто не хочется жить.
Знаете, полторы недели тому назад я был на Дальнем Востоке. Там миссионерская конференция была под Хабаровском, ближе к Биробиджану, это уже Еврейский автономный округ. И вот пятницу, субботу, воскресенье — оно как бы 40 километров от Хабаровска, но всё равно это территория уже Еврейской автономной области, Биробиджанской. И вот на этой конференции всем, кто когда-нибудь переехал на труд миссионерский, подарили такие простые картины. Ну как бы знаете, формат А3, два альбомных листка, простенькая деревянная рамочка и стих. Всем подарили. А потом, правда, ещё служителям сказали выйти, так что всех, в общем-то, наделили. И мне попался пейзаж.
Брату Володи Удовикову, пресвитеру Владивостока сибирский пейзаж я отдал: там лес, тропинка где-то в лесу, и стих. А он мне отдал доставшийся ему пейзаж дальневосточный, как бы так мы поменялись. Вот там такой скальный берег и море, прямо так волны бьют. Ну, так красиво. И я на текст посмотрел, прочитал. Ну и всё, положил в сумку, хорошо, как раз оно влезает в сумку. И привёз домой. Повесили на стену, и моя жена прочитала. И говорит: «Андрюша, какой хороший стих. Кстати, там день рождения у наших родственников, напиши этот стих». И этот стих я несколько раз писал, уже поздравляя с днём рождения наших близких, сватов, потом сына моего, разных наших друзей, родственников.
А стих — я же много-много раз уже прочитал Библию от корки до корки, может быть, больше сорока раз, потому что я за год прочитываю Библию по плану. И вот знаете, как мы невнимательно читаем Библию? А может быть, так Бог делает? Вот по запросам, да, сегодня мне что-то другое важно, а потом раз — Михея 7:7. Это я первый раз прочитал на стенке, думаю: дай-ка я посмотрю в Библии этот стих, я его первый раз вижу. А текст такой, смотрите: «А я буду взирать на Господа, уповать на Бога спасения моего. Бог мой услышит меня». Правда, причина радости? Вот если я, как там написано, всегда видел пред собой Господа, не поколеблюсь. Вот если бы Пётр смотрел всегда на Иисуса Христа, он бы не стал утопать. А он стал смотреть на обстоятельства, волны, а он идёт по воде, а никто никогда до него не ходил, и после него никто никогда не ходил по воде. А вот он пошёл. И у него сразу сомнения появились, и он стал утопать, потому что Христос выпустился из виду.
А как мы поём христианский гимн? «Взгляд не своди с Иисуса!» и он стал утопать.
А здесь, смотрите, написано: «А я буду взирать на Господа, уповать на Бога спасения моего. Бог мой услышит меня». Вот такая уверенность, что Бог меня услышит.
Но знаете, друзья, вот этот текст вырван из контекста. Мы-то понимаем, что надо не просто вот выбрал какой-то текст, и он тебе понравился, и всё, ты им как бы пользуешься, а ты прочитай чуть выше и чуть ниже, вот в каком слове он звучит. И знаете, когда я стал читать эту главу, я подумал, как-то он… он как будто вообще тут не к месту стоит, вообще тематика другая. Вот смотрите, я прочитаю чуть выше и чуть ниже. Вот читаю с пятого стиха:
5 Не верьте другу, не полагайтесь на приятеля; от лежащей на лоне твоём стереги двери уст твоих.
6 Ибо сын позорит отца, дочь восстаёт против матери, невестка — против свекрови своей; враги человеку — домашние его.
7 А я буду взирать на Господа, уповать на Бога спасения моего: Бог мой услышит меня.
8 Не радуйся ради меня, неприятельница моя! хотя я упал, но встану; хотя я во мраке, но Господь — свет для меня.
9 Гнев Господень я буду нести, потому что согрешил пред Ним, доколе Он не решит дела моего и не совершит суда надо мною; тогда Он выведет меня на свет, и я увижу правду Его.
Михей, 7 глава — Библия — Синодальный перевод: https://bible.by/syn/33/7/
Друзья, оказывается, текст, который я в начале процитировал, расположен среди таких, знаете, печальных стихов. Ситуация очень-очень тяжёлая.
Я посмотрел вообще начало книги этого пророка. Михей, кто он такой? Думаю, это тот, наверное, который предсказал Ахаву смерть в Рамаове Галаадском. Там тоже был Михей. А потом нет, оказывается, другой Михей. Это тот Михей, который пророчествовал во времена Иоафама, Ахаза и Езекии. Так в первом стихе первой главы тут так и написано. А потом сноска на пророка Иеремию. Когда Иеремия пророчествовал недоброе об Иерусалиме, его хотели убить. А потом кто-то из вельмож, из евнухов сказали: подождите другие пророки тоже пророчествовали против Иерусалима и предсказывали недоброе, а их не убили. Вот Михей предсказывал наказание за все согрешения народу израильскому и иудейскому. А если его не убили, и поэтому не надо убивать Иеремию, если он правду говорит, может быть, нам надо всё-таки что-то поменять в нашей духовной жизни? Но это тот Михей, как бы это видимо разные пророки, и этот Михей нам оставил слово. И видимо, ситуация в народе израильском была тяжёлая. Ну смотрите какая тяжёлая: не верьте другу, не полагайтесь на приятеля.
Сейчас, когда в Туле была конференция, наверное, 12–13 сентября, и у нас тоже один братик из нашей церкви, руководитель молодёжи, был там, на этой конференции. Ну мы уже и прослушивали некоторые проповеди. И там такую мысль братья говорили, что, говорят, были такие времена, когда сотовых телефонов не было. Да, мы сегодня говорим: отключите телефоны, потому что они роль прослушивателя ещё имеют. Да, и когда мы, допустим, во время ковида собирались вопреки всем запретам, то мы и машины ставили подальше от молитвенного дома, и телефоны все оставляли дома. Для чего? А чтобы как бы не обнаружили скопления людей. И как бы вот такие тайные собрания. Ну тогда-то, в эти 70-е или 80-е годы, тогда же не было такого. А прослушиватели — только это были редкость, когда в квартире Г. К. Крючкова на счётчик поставили (устройство). У нас, я помню, был в Кемерово. Папа наш дьякон был. И всегда телефон наш прослушивался. Тоже пришли люди: «Ага, так, можно от вас позвонить?» Какие-то в штатском. «Алло, да, ты меня слышишь?» Кто такие? И потом всё… А у нас был один телефон, во всей церкви больше не было ни у кого телефонов. И поэтому все братья звонили, все через нас. И потом мы поняли, что нельзя, оказывается, так просто разговаривать по телефону. Почему? Прослушка. И вот представьте себе, братья вспоминают, что уже вслух не говорили, где в следующий раз проходит собрание. Только писали на бумажке и показывали, где будет проходить собрание: на электричке едем, километр такой-то, остановка такая, там в лесопосадках собираемся. Приходят туда — милиция там. Как вы тут? Кто среди нас предатель? И потом узнают, что да у вас там много предателей. И начинали сомневаться друг в друге. Представьте себе, какие времена были.
Был случай, когда сам пресвитер сдавал, где проходит собрание. Ну так, чтобы его не посадили. И он как бы был в сношениях с властями и сам сдавал. И получается, что на пресвитера не подумают. И вот такие времена были.
А представьте себе, здесь написано: не верьте другу, не полагайтесь на приятеля. А на кого тогда можно полагаться? А кто друг? Скажите мне, кто друг? А потом, смотрите, написано: от лежащей на ложе твоей стереги двери уст твоих. Это кто? Лежащая на ложе — это вообще жена. Ну или муж, да? Ну кажется, ближе людей не может быть. И думаешь: это что за времена такие там были, что вот в такой обстановке жил народ Божий?
Ну, а помните праведника Иова, на которого неожиданно (пришло горе) — если бы Бог его предупредил: «Иов, вот сейчас на тебя обрушатся испытания, ну ты выдержи всё, это так просто ради того, чтобы доказать дьяволу, что ты искренне служишь Богу». Ну согласитесь, ему было бы легче всё это перенести. А когда он даже не знал, за что, про что, что он неправильно сделал: «Вы скажите мне, за что мне покаяться, и я покаюсь». И вот дети умерли, обеднел, потерял всё, здоровье потерял. И вдруг, представьте себе, лежащая на ложе жена на ушко шепчет: «Похули Бога и умри». Ну кто-то говорит, она добра ему желала, как эвтаназия (намеренное прекращение жизни безнадёжно больного). Зачем мучиться? Да просто вот чем долго страдать, так легче умереть и как бы прервать эти страдания. Ну а за хулу Господь точно уже прогневается и накажет смертью. Ну а кто-то, я слышал проповеди, что самый близкий даже отрёкся. И на кого тогда надеяться Иову? И вот представьте себе, обстановка, что кажется, даже близкие люди отвернулись. И где источник радости? Если её нет вообще нигде на земле. Самые близкие люди отвернулись. Вообще я думаю, это имеет как бы пророчество для того времени.
Но Иисус Христос в 10 главе Евангелия от Матфея этот самый текст из пророка Михея снова привёл. Смотрите, я читаю Матфея 10:21: «Предаст же брат брата на смерть и отец сына; восстанут дети на родителей и умертвят их». Он в то время апостолам говорит о будущем. А потом другое место я читаю Матфея 10:35-36: «Ибо Я пришёл разделить человека с отцом его, и дочь с матерью его, и невестку со свекровью его, и враги человеку — домашние его». Иисус Христос цитирует эти слова, говоря о том, что времена такие наступят ещё.
Вообще история циклична. То, что когда-то было, смотришь, через какие-то времена повторяется снова то же самое. И оказывается, ну такое может быть.
Вообще семья — это может быть микрорай, как небо, спустившееся на землю, если в семье добрая обстановка, христианский уклад жизни, родители верующие, дети все верующие.
Я так скажу: вот по нашей семье у нас сегодня девять детей, все верующие уже, все семейные, уже у нас 24 внука, все взрослые дети. Слава Богу, Господь нас помиловал. Но мы пережили большие испытания, когда дети наши, ну так сказать, уходили не одной ногой в мир, а с головой окунались туда. И мы молились, чтобы всё-таки Господь их помиловал и они вернулись. Вот как здесь написано: враги человеку — домашние его, когда дом разделился. И я говорю: на нашем доме наречено имя Божие, я не позволю, сынок, чтобы ты так поступал. А он не слушает.
И вот представьте себе, сегодня брат Олег сказал, что мы будем за детей молиться, за родственников молиться. Ну скажите, у кого есть родственники неверующие? Да у всех у нас есть родственники неверующие, правда? И мы скажем, что вот бывает такое, что у нас понятия не сходятся. Мои родители уже в вечности, они верующие, а родители моей жены… Ну папа умер, а мама, кстати, папа родился в Дудинке, вот тесть мой, а мама, ей 77 лет, она живая. И мы как-то приходим, день матери у нас в октябретп всем сёстрам подарили розочки на день матери, в воскресенье. Ну и мы после собрания говорим: поехали, к мамн тоже заедем, ей тоже розочку купили, конфеты купили, чтобы ей уделить внимание. Приезжаем к ней, поздравили, она обрадовалась, поцеловали её, сели, сидим общаемся, и она говорит, ну а она не верующая, так по-православному. Вот, и у ней телевизор, она посматривает, хотя говорит: сейчас я уже не смотрю, там нечего смотреть, а всё равно смотрит и говорит: «Представляете, я вам скажу, вот аналога нет во всём мире, аналога нет. Наши такую бомбу придумали, называется Орешник. Вот падает — и 50 квадратных километров пустыня, всё разрушают. И поэтому вот все за голову берутся: ну надо же, какие передовые». А мы говорим: «Мама, а чему радоваться-то? Если бы, знаете, что-нибудь кинули и... представьте, в пустыне бы оазисы появились, везде клумбы цветов. Вот так, давайте почаще такое кидать». А когда пустыня, разрушение и чаще всего погибают не военные, а гражданские, которые легли спать и думали, что проснутся, а им не суждено было проснуться. Как написано: злодеи злодействуют и злодействуют злодеи злодейски. И мы говорим: «Мам, вот ты нам рассказываешь, как будто хвалишься. А надо плакать, что такое в мире существует. Вот ты ложишься спать, а утром не проснулась, вот куда ты попадёшь?» И она так прослезилась: «Вы за кого меня считаете? Вы думаете, я вообще такая безбожница, что ли? Запомните, дети, я не ложусь спать, пока не покаюсь пред Богом, и утром не просыпаюсь, не встаю с постели, пока не поблагодарю за прожитую ночь, что Господь меня хранил». Мы раз переглянулись с женой.
Первый раз за всё время, мы уже 35 лет в браке, мама открыто перед нами исповедовала, что она молится. Мы говорим: «Мам, ну хорошо, очень хорошо, что ты стала молиться. Вот, нас это очень радует. Ну ещё и Евангелие бы читать, чтобы радоваться о Господе, а не об „Орешнике“, который там куда-то прилетел».
И удивительно, так бывает, дом разделяется, что мы не понимаем друг друга: враги человеку — домашние его. И представьте себе, в жизни Иова ситуация не из лёгких. Десять гробов, потом он, потом жена от ему, можно так сказать, посоветовала то, что ему очень даже было тяжело перенести. Ну можно сказать, отреклась. А потом он говорит, что смеются надо мною те, которые даже с собаками, которые охраняли стадо моё, я бы таких людей не поместил бы рядом. А они сегодня… Вот для таких людей я стал посмешищем. Представьте себе, в каком положении оказался праведный Иов. Но он не опустил руки. Что его держало? Упование на Бога. Он говорит: «А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восстановит распадающуюся кожу мою сию. И я, мои глаза, не глаза чужого увидят Его». Вот это упование, что всё-таки Господь от него не отречётся. И Господь его не оставит. На это он уповал.
И вот этот стих подходит к Иову: «Ибо сын позорит отца, дочь восстаёт против матери, невестка против свекрови своей, враги человеку — домашние его, а я буду взирать на Господа, уповать на Бога спасения моего. Бог мой услышит меня. Бог мой услышит меня».
У нас одна сестра всё молилась за своего сына, а он никак не мог покаяться, и даже уже в братских домах, вот в этих реабилитационных центрах был, и в одном городе, и в другом городе. И всё он временно побудет, вроде раз — опять запил, раз — опять запил. Но кажется: а у него не получится. Мы говорим: не говорите так, не говорите, всё равно Бог сильнее. И в конечном счёте он попадает в Омск, попадает в Омск, и слава Богу, дорастает до крещения и принимает крещение. И кажется: ну всё, теперь надо за Господом идти. Друзья, а крещение оно придаёт столько силы, что человеку уже грех не искушает? Или всё-таки и крещёных тоже искушает? Грех тоже искушает, да, тоже искушает. Да, есть ответственность, есть правильные отношения с Богом. Но грех он всех искушает. Даже Иисуса Христа дьявол искушал. И искуситель подошёл, и этот человек упал опять. И его на замечание поставили, опять запил. Ну там выпил, его поставили на замечание, потом приняли. А потом… А потом прошло время, у него опять что-то, он раздражается. «Что такое с тобой опять происходит?» — «Да выпить хочу!» — «Ты что, хочешь вообще быть отлучённым? Мы же не потерпим такого греха в церкви. Ну как ты борись? Грех возле порога сердца твоего лежит. Ты борись!» — «Нет, я хочу». — «Ну тогда уходи из братского дома. Всё, забирай свои вещи, уходи». А он же знает, что ему некуда идти. Он обошёл вокруг дома, сумочку свою поставил там за угол, потому что он придёт и брать это, всё равно его примут после недельной, так сказать, попойки. Я оставил сумку, но перестал отвечать на звонки. И пропал без вести, полностью. Ну, через неделю звонят, через две звонят. Не отвечает. Ну, куда пропал? Обычно уже возвращался. Не отвечает. Потом вдруг ответил. Уже в Ростове. Уже подписал контракт. И уже всё едет. Давай, ну… У мамы шок. А она молилась: «Господи, любой ценой, любой ценой его останови. Вот как бы Ты ни повёл его, но чтобы только вот его душа была спасена». И, знаете, прошло совсем немного времени. Первый, так сказать, выход на фронт — и сразу в штурмовики, и сообщают: сразу же без вести пропал. И у неё такие переживания, знаете. Мы её один раз дома посетили, другой раз дома посетили, а потом вот этот текст: «А я буду взирать на Господа, уповать на Бога спасения моего. Бог мой услышит меня». Она говорит: «Но я же молилась, Господи, условие Тебе ставила, что любой ценой». По телефону ещё Бог дал ей возможность поговорить перед этим. «Ты только самое главное, никому зла не делай, никого не убивай». И она говорит: «И вот как-то Бог меня утешил, что значит, значит, всё-таки, если даже физически его сегодня нет… потому что он потом всё осознал, пожалел уже, но назад шага нет, возможности назад что-то вернуть нельзя, значит, всё-таки душа его спасена». И вот как-то утешилась вот этим словом.
А здесь написано:
«Не радуйся ради меня, неприятельница моя, хотя я упал, но встану, хотя я во мраке, но Господь свет для меня. Гнев Господень я буду нести, потому что согрешил пред Ним. Да, доколе Он не решит дело моё и не совершит суда надо мною, тогда Он выведет меня на свет, и я увижу правду Его».
Друзья, о ком идёт речь? О том, который никогда не грешил? Нет. О том, кто согрешил и тот, кто понёс наказание Господне.
Но удивительно помните, когда Давид молился за Соломона, а мы знаем Соломона: он, так сказать, царство Израиля сделал золотым царством, ну материально. А духовно? А духовно, ну можно сказать, первое экумения (движение за объединение религий), когда произошло слияние всех религий в одну. Это при Соломоне произошло: в середине храм, а по всем высотам вокруг Иерусалима каких только ни было построено жертвенников и капищ, всем построил. Вот все языческие народы, с которыми породнился, а представьте себе, породнился — 700 жён и 300 наложниц, это о чём-то говорит. О чём было сказано, что даже не приближайтесь к этим народам, а они все стали жёнами и наложницами. И когда Давид молится ещё не зная, что будет с Соломоном: «Если же он согрешит, накажи его жезлом, да накажи его, но милости не отними, милости не отними». И удивительно, что вот на Соломоне как бы это явно видно, что Господь наказал, а милости не отнял. И царство осталось в руках, так сказать, потомков Давида, да пускай два колена, но всё равно и храм там остался, по милости Господней.
И о Соломоне мы всё равно понимаем, что книга Екклесиаст двенадцатая глава, говорит о его покаянии: Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай. Потому что в этом всё для человека.
Кажется у него в конце жизни какое-то прозрение произошло. А потому что хотя человек упал, но Господь силён поднять. Хотя во мраке, но Господь свет. Гнев Господень буду нести, потому что согрешил пред Ним, да доколе Он не решит дело моё и не совершит суда надо мною, тогда Он выведет меня на свет, и я увижу правду Его.
Мы молимся о наших родственниках, желаем, чтобы они всё-таки были спасены. И хочется, чтобы нам как-то видеть их уже в собрании, чтобы они пришли бы, сели на лавочку, вместе с нами бы молились, проповедовали бы наши дети, или там песни пели, крещение бы приняли — какая-то радость.
Вот написано: нет для меня больше радости, чем видеть, что дети мои ходят в истине. Вот кажется так, да? Но, может быть, не так будет. Господь отвечает порой нам на нашу молитву и даёт возможность детям, детям души спасти. Может быть, мы не увидим наших близких, родственников в молитвенном доме. Почему сегодня столько много проповедуется Евангелие, сеется слово Божие, как написано: пускай хлеб по водам. Ну и нас спрашивают: ну и сколько человек покаялось? А мы не знаем. Вот мы не знаем, где эти люди. Да, кто-то покаялся всегда есть какой-то процент. Нам хотелось бы, чтобы больше был этот процент. Но неужели напрасно Господь сеет это слово?
Я как-то получил для себя утешение. Ну, после таких многих поездок и вопросов, которые сам себе задавал, и получил утешение. Какое? Что всё-таки спасённых будет очень много. А потому что в пятой главе книги Откровения написано, что перед престолом стояли тьмы тем спасённых. Это же какая-то всё равно цифра. Тьмы тем — это цифра законченная с определёнными нулями. А вот в седьмой главе написано, что перед престолом стояло множество людей, которых никто не мог исчислить. А это какая цифра? Вот никто не мог исчислить. Такой цифры нет. Это очень большая цифра, что люди на земле ещё такую цифру не придумали. Ну, кажется, великое множество, бесконечность. А откуда? Когда написано: «Не бойся, малое стадо», всегда как бы верующие в меньшинстве. Друзья, а это говорит о том, что Бог больше нас хочет, чтобы люди спасались. И поэтому при всех обстоятельствах, которые даже вот так сгущаются вокруг нас, и когда в нашей жизни, может быть, не случается то, что мы хотели бы увидеть или услышать, вот при жизни, что дети наши спасены, родные наши спасены, Господь остаётся верным, потому что Он больше нас желает, чтобы люди спасались.
Написано: не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением, но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию. И Господь со Своей стороны сделал всё возможное, чтобы люди каялись. Мы со своей стороны — малое: ну надо кровь сдать для спасения жизни ближнего, но я сдам кровь, я и сдавал кровь, хоть я не донор. Но я сдавал неоднократно. Ну, рядом посидеть, возле смертного одра. Ну, за руку подержать. И что? А человек раз — и ушёл от нас. А я его за руку держал, а он при мне умер. И что ты со своей стороны сделал, чем помог? Да ничем. А Христос жизнь отдал. И поэтому мысль донести до человека, чтобы он к покаянию пришёл, а дальше Бог будет делать.
В одном большом собрании выходит одна уже немолодая женщина и говорит: «Братья, сёстры, я хочу крещение принять». А я спрашиваю пресвитера той церкви: это кто? «Я не знаю кто это, но её мама 15 лет тому назад была членом нашей церкви и в вечность ушла». Вот знает ли эта мама, что её дочка пришла в собрание и теперь покаялась и просит крещения? Господь остался верным. И поэтому нам надо смотреть не на внешние обстоятельства, которые нас окружают, положительные или отрицательные обстоятельства, а взирать на Господа, потому что это источник нашей радости.
И я хочу ещё раз прочитать этот текст: Михея 7:7. «А я буду взирать на Господа, уповать на Бога спасения моего? Бог мой услышит меня».
Пусть Господь благословит нас, чтобы наши молитвы, благодарственные молитвы, просьбы, которые мы приносим пред лицо Господа, не прекращались за наших близких, которых Господь желает спасти, даже больше нас. Давайте мы Богу нашему помолимся. Аминь.
23.09.2026 год